В распоряжении «Открытых медиа» оказалось видеосвидетельство предполагаемого ночного фальсификата в столице. В пять часов утра на пустом участке незнакомка перекладывает бюллетени из принесённой ею коробки в сейф-пакет. Это видео с камер наблюдения на УИК №3437 Войковского района.
Член избиркома рассказал ОМ, что зафиксировал манипуляцию почти случайно: уже после закрытия участков в чате сотрудников появились сообщения о странном затишье в ТИК. Около 4:30 утра с камер пропали сотрудники комиссии, а примерно через час в кадре появилась та самая женщина и сделала записи в сводную таблицу. Затем она же появилась в УИКе с «дополнительными» бюллетенями.
В итоге этот участок оказался самым провластным в районе: сторонников поправок оказалось почти в 10 раз больше, чем противников. В «Голосе» намерены разобраться с этим инцидентом, но отмечают, что подобных случаев уже много, и не только в Москве
В распоряжении «Открытых медиа» оказалось видеосвидетельство предполагаемого ночного фальсификата в столице. В пять часов утра на пустом участке незнакомка перекладывает бюллетени из принесённой ею коробки в сейф-пакет. Это видео с камер наблюдения на УИК №3437 Войковского района.
Член избиркома рассказал ОМ, что зафиксировал манипуляцию почти случайно: уже после закрытия участков в чате сотрудников появились сообщения о странном затишье в ТИК. Около 4:30 утра с камер пропали сотрудники комиссии, а примерно через час в кадре появилась та самая женщина и сделала записи в сводную таблицу. Затем она же появилась в УИКе с «дополнительными» бюллетенями.
В итоге этот участок оказался самым провластным в районе: сторонников поправок оказалось почти в 10 раз больше, чем противников. В «Голосе» намерены разобраться с этим инцидентом, но отмечают, что подобных случаев уже много, и не только в Москве
In addition, Telegram's architecture limits the ability to slow the spread of false information: the lack of a central public feed, and the fact that comments are easily disabled in channels, reduce the space for public pushback. Right now the digital security needs of Russians and Ukrainians are very different, and they lead to very different caveats about how to mitigate the risks associated with using Telegram. For Ukrainians in Ukraine, whose physical safety is at risk because they are in a war zone, digital security is probably not their highest priority. They may value access to news and communication with their loved ones over making sure that all of their communications are encrypted in such a manner that they are indecipherable to Telegram, its employees, or governments with court orders. The account, "War on Fakes," was created on February 24, the same day Russian President Vladimir Putin announced a "special military operation" and troops began invading Ukraine. The page is rife with disinformation, according to The Atlantic Council's Digital Forensic Research Lab, which studies digital extremism and published a report examining the channel. He floated the idea of restricting the use of Telegram in Ukraine and Russia, a suggestion that was met with fierce opposition from users. Shortly after, Durov backed off the idea. It is unclear who runs the account, although Russia's official Ministry of Foreign Affairs Twitter account promoted the Telegram channel on Saturday and claimed it was operated by "a group of experts & journalists."
from br