Диалектика прогресса
Как-то давно мне в голову засела цитата Луи Сикея из его бита "Of course! But maybe...": «конечно, рабство — худшая обращения с людьми, изобретённая человечеством, конечно, но, возможно, все величайшие человеческие достижения были созданы трудом рабов».
Моей первой реакцией на это был внутренний конфликт: с одной стороны, тут есть циничная правда эксплуатации, которая объясняет, например, почему рабочие кооперативы не могут победить частный бизнес в борьбе по их правилах, и выиграть социализм в рыночной конкуренции: потому что люди не смогут сами себя подвергнуть той степени беспощадной эксплуатации, которая, например, привела к рыночному успеху в Amazon и Wildberries ценой бешеной текучки рабочей силы. Иными словами, несмотря на всю пропаганду постиндустриальной работы с их смузи-барами и комнатами видеоигр, безжалостное выжимание людей как тряпок в общей картине в краткосрочной перспективе (а другой у капитализма нет) всё равно оказывается эффективнее с точки зрения обогащения собственников.
С другой стороны, «циничная правда» часто фигов листок, прикрывающий банальную ложь: «да рабам самим лучше от рабства (а индейцам от геноцида), ведь иначе они были дикарями, а так мы их приучили к цивилизации» — это классическая апологетика рабства. Во-первых, никакого «приучения» не было, поскольку рабам запрещалось даже учиться читать и писать, и тем более не планировалось давать им свободу.
Во-вторых, работорговля имела разрушительный эффект на культуры и общества Западной Африки, приведя её к тому состоянию, из которой колонизаторы пришли затем её «спасать» — тоже из лучших намерений, конечно же.
Сегодня, в наши дни, находятся «экономисты», которые с серьезным лицом заявляют, что колониализм был не так уж выгоден, и европейцы скорее больше потеряли, цивилизуя неблагодарные народы, чем получили с этого. И находятся люди, которые думают, что им открылась глубинная истина — обычно это те же люди, которые верят, что сауна и безуглеводный рацион заменяют вакцинацию.
Как говорил Майкл Паренти, Африка, Азия, Америка никогда не были бедными — они были богатыми, иначе они бы не привлекли колонизаторов в первую очередь.
Тем не менее, в итоге побеждает первый подход: за всеми лучшими созданиями человечества стоит худшее, что люди додумались сделать. Но не в линейной логике «завёл раба, раб бесплатно работает = богатеешь», а в диалектической — через свои худшие практики человечество открывало границы допустимого.
Такова диалектика прогресса: бесчеловечная эксплуатация двигала не только материальный прогресс, но и моральный, поскольку именно жестокость разных форм эксплуатации, таких как рабство, заставляла людей вырабатывать в ответ моральные ориентиры и превращать их в законы.
Иными словами, каждую свою хорошую идею человечество создавало, перепробовав все плохие.
@moralpolitics #dialectics #histmat #dialecticalspiral
Как-то давно мне в голову засела цитата Луи Сикея из его бита "Of course! But maybe...": «конечно, рабство — худшая обращения с людьми, изобретённая человечеством, конечно, но, возможно, все величайшие человеческие достижения были созданы трудом рабов».
Моей первой реакцией на это был внутренний конфликт: с одной стороны, тут есть циничная правда эксплуатации, которая объясняет, например, почему рабочие кооперативы не могут победить частный бизнес в борьбе по их правилах, и выиграть социализм в рыночной конкуренции: потому что люди не смогут сами себя подвергнуть той степени беспощадной эксплуатации, которая, например, привела к рыночному успеху в Amazon и Wildberries ценой бешеной текучки рабочей силы. Иными словами, несмотря на всю пропаганду постиндустриальной работы с их смузи-барами и комнатами видеоигр, безжалостное выжимание людей как тряпок в общей картине в краткосрочной перспективе (а другой у капитализма нет) всё равно оказывается эффективнее с точки зрения обогащения собственников.
С другой стороны, «циничная правда» часто фигов листок, прикрывающий банальную ложь: «да рабам самим лучше от рабства (а индейцам от геноцида), ведь иначе они были дикарями, а так мы их приучили к цивилизации» — это классическая апологетика рабства. Во-первых, никакого «приучения» не было, поскольку рабам запрещалось даже учиться читать и писать, и тем более не планировалось давать им свободу.
Во-вторых, работорговля имела разрушительный эффект на культуры и общества Западной Африки, приведя её к тому состоянию, из которой колонизаторы пришли затем её «спасать» — тоже из лучших намерений, конечно же.
Сегодня, в наши дни, находятся «экономисты», которые с серьезным лицом заявляют, что колониализм был не так уж выгоден, и европейцы скорее больше потеряли, цивилизуя неблагодарные народы, чем получили с этого. И находятся люди, которые думают, что им открылась глубинная истина — обычно это те же люди, которые верят, что сауна и безуглеводный рацион заменяют вакцинацию.
Как говорил Майкл Паренти, Африка, Азия, Америка никогда не были бедными — они были богатыми, иначе они бы не привлекли колонизаторов в первую очередь.
Тем не менее, в итоге побеждает первый подход: за всеми лучшими созданиями человечества стоит худшее, что люди додумались сделать. Но не в линейной логике «завёл раба, раб бесплатно работает = богатеешь», а в диалектической — через свои худшие практики человечество открывало границы допустимого.
Такова диалектика прогресса: бесчеловечная эксплуатация двигала не только материальный прогресс, но и моральный, поскольку именно жестокость разных форм эксплуатации, таких как рабство, заставляла людей вырабатывать в ответ моральные ориентиры и превращать их в законы.
Иными словами, каждую свою хорошую идею человечество создавало, перепробовав все плохие.
@moralpolitics #dialectics #histmat #dialecticalspiral
США: как понимать, что происходит и что дальше
В США сейчас начинается шоковая терапия — та самая, неолиберальная, впервые отработанная на Чили Пиночетом, а потом применяемая по всему миру от Африки до б. СССР. Иными словами, в США пришли 90-е.
Что такое «шоковая терапия» простыми словами? В рекламе это временные болезненные меры для достижения последующего эффекта процветания. В реальности — следом за болезненными мерами оглушенную шоком жертву грабят.
Один из выходов из тупика капитализма, когда расти больше некуда — это разрушить (как правило, через войну, и ограбить какую-нибудь крупную экономику, тем самым перезапустив рост за её счёт, как произошло в 90-е с постсоветским и постсоцблоковским пространством. Шоковая терапия — политическая альтернатива военному, которую позволяет приход к власти либо своего марионеточного режима (как в Чили), либо доморощенных жуликов, которые сами рады распотрошить страну (кхе-кхе-кхрф).
Но к 2025 дураков не осталось: некоторые страны так и не восстановились после неолиберального шока и потрошения — как, например, Сомали, которую западная пропаганда заклеймила failed state, проигравшим государством, но никогда не уточняет, в какую игру и кому Сомали проиграла, словно это естественное состояние, как явление природы — но ничего естественного в случившемся не было, просто навязанные МВФ реформы, которые Россию сбили с ног, для Сомали оказались летальными. Другие хотя бы отчасти урок выучили и, пока живо поколение, заставшее 90-е, второй раз целиком в бутылку уже не полезут — на полтушки максимум.
Таким образом, из достаточно крупных и достаточно подконтрольных экономик, чтобы заставить их самих себя оглушить шоком, остались только сами США, Канада, Мексика и Украина как запасные варианты — но Канада не хочет подчиняться добровольно, с Мексикой военный вариант сразу рассматривается как основной (СВО в Мексике было частью ещё предвыборной программы Трампа), а в Украине надо сначала убедить Путина завершить его СВО (раз сама Россия второй раз за тридцать лет на сковородку упасть не захотела). Поэтому, вместе с попытками дестабилизировать одних (Мексика, Канада) и стабилизировать других (Украина) до пригодного для лутинга состояния, шоком американский капитал начал бить саму Америку — рецессия в таком случае, не баг, а фича, чтобы американские олигархи могли скупить всю Америку по дешёвке, когда экономика рухнет.
Америка — последняя оставшаяся крупная экономика, американские олигархи, корпорации и банки могут разорить без войны.
Война с Европой
После разграбления США останутся только две нетронутых сокровищницы, разрушением которых можно возродить американский капитализм: КНР и ЕС.
Если бы Трамп был умен, он бы даже не смотрел в сторону КНР, и начал бы бомбить вместо Йемена страны ЕС — чтобы повторить ситуацию после Второй мировой войны, когда американцев ждало двойное обогащение: на восстановлении Европы и от положения единственной не пострадавшей от войны крупной индустриальной экономики на мировом рынке.
Возможно, на первый взгляд война с Европой кажется безумием и невозможным вариантом развития событий — но оценивать его надо в контексте существующий в реальном мире альтернативы, которой является война с Китаем, о которой западные медиа рассуждают со спокойной деловитостью — хотя именно война с Китаем — ядерной державой с миллиардным населением является настоящим безумием. Логика тупика капитализма толкает на безрассудный авантюризм и повышение ставок, но даже для капиталистической близорукости это слишком — ядерная война и война ради добычи явления взаимоисключающие.
Война с Европой же менее безумная опция не только по сравнению с Китаем, но и с шоковой терапией с последующим лутингом самих США — и тем не менее, она уже в процессе.
Тогда как Евросоюз абсолютно беззащитен, поскольку доверил свою оборону США — и пророчество («быть врагом США опасно, быть другом — смертельно) должно быть исполнено.
@moralpolitics #USA
В США сейчас начинается шоковая терапия — та самая, неолиберальная, впервые отработанная на Чили Пиночетом, а потом применяемая по всему миру от Африки до б. СССР. Иными словами, в США пришли 90-е.
Что такое «шоковая терапия» простыми словами? В рекламе это временные болезненные меры для достижения последующего эффекта процветания. В реальности — следом за болезненными мерами оглушенную шоком жертву грабят.
Один из выходов из тупика капитализма, когда расти больше некуда — это разрушить (как правило, через войну, и ограбить какую-нибудь крупную экономику, тем самым перезапустив рост за её счёт, как произошло в 90-е с постсоветским и постсоцблоковским пространством. Шоковая терапия — политическая альтернатива военному, которую позволяет приход к власти либо своего марионеточного режима (как в Чили), либо доморощенных жуликов, которые сами рады распотрошить страну (кхе-кхе-кхрф).
Но к 2025 дураков не осталось: некоторые страны так и не восстановились после неолиберального шока и потрошения — как, например, Сомали, которую западная пропаганда заклеймила failed state, проигравшим государством, но никогда не уточняет, в какую игру и кому Сомали проиграла, словно это естественное состояние, как явление природы — но ничего естественного в случившемся не было, просто навязанные МВФ реформы, которые Россию сбили с ног, для Сомали оказались летальными. Другие хотя бы отчасти урок выучили и, пока живо поколение, заставшее 90-е, второй раз целиком в бутылку уже не полезут — на полтушки максимум.
Таким образом, из достаточно крупных и достаточно подконтрольных экономик, чтобы заставить их самих себя оглушить шоком, остались только сами США, Канада, Мексика и Украина как запасные варианты — но Канада не хочет подчиняться добровольно, с Мексикой военный вариант сразу рассматривается как основной (СВО в Мексике было частью ещё предвыборной программы Трампа), а в Украине надо сначала убедить Путина завершить его СВО (раз сама Россия второй раз за тридцать лет на сковородку упасть не захотела). Поэтому, вместе с попытками дестабилизировать одних (Мексика, Канада) и стабилизировать других (Украина) до пригодного для лутинга состояния, шоком американский капитал начал бить саму Америку — рецессия в таком случае, не баг, а фича, чтобы американские олигархи могли скупить всю Америку по дешёвке, когда экономика рухнет.
Америка — последняя оставшаяся крупная экономика, американские олигархи, корпорации и банки могут разорить без войны.
Война с Европой
После разграбления США останутся только две нетронутых сокровищницы, разрушением которых можно возродить американский капитализм: КНР и ЕС.
Если бы Трамп был умен, он бы даже не смотрел в сторону КНР, и начал бы бомбить вместо Йемена страны ЕС — чтобы повторить ситуацию после Второй мировой войны, когда американцев ждало двойное обогащение: на восстановлении Европы и от положения единственной не пострадавшей от войны крупной индустриальной экономики на мировом рынке.
Возможно, на первый взгляд война с Европой кажется безумием и невозможным вариантом развития событий — но оценивать его надо в контексте существующий в реальном мире альтернативы, которой является война с Китаем, о которой западные медиа рассуждают со спокойной деловитостью — хотя именно война с Китаем — ядерной державой с миллиардным населением является настоящим безумием. Логика тупика капитализма толкает на безрассудный авантюризм и повышение ставок, но даже для капиталистической близорукости это слишком — ядерная война и война ради добычи явления взаимоисключающие.
Война с Европой же менее безумная опция не только по сравнению с Китаем, но и с шоковой терапией с последующим лутингом самих США — и тем не менее, она уже в процессе.
Тогда как Евросоюз абсолютно беззащитен, поскольку доверил свою оборону США — и пророчество («быть врагом США опасно, быть другом — смертельно) должно быть исполнено.
@moralpolitics #USA
Об упущенных возможностях
Иногда мне становится грустно, когда я думаю, что цивилизационный звёздный час России безвозвратно миновал в XX веке, когда русский язык стал языком авангарда человеческой цивилизации, и Россия сейчас стремительно возвращается к «исторической нормальности» — бедной, отсталой, чудовищно несправедливой и неравной периферии Запада, «стране рабов, стране господ».
Конечно, сама идея исторической колеи или «национальной судьбы» — порождение чистого исторического идеализма, фантом, который при материалистическом взгляде распадается как оптическая иллюзия. Но внезапные прорывы с периферии в лидеры цивилизации с последующим откатом — обычное дело в истории по чисто статистическим причинам: все не могут быть лидерами, положение периферии цивилизации — это норма для большинства культур в истории, в лидеры вырывается меньшинство, а удерживает лидерство — ещё меньше.
А недавно мне пришла в голову мысль, которая может сделать размышления об упущенном будущем совсем тоскливыми.
Дело в том, что в соревновании культур западная, а точнее англоязычная, выиграла, возможно, самый главный приз — английский язык стал мировым lingua franca, победа тем более сокрушительная, что сама этимология этого понятия намекает на совсем другого кандидата.
Несостоявшийся язык космической цивилизации
Русский язык, благодаря международной политической и образовательной деятельности СССР, начал становиться языком антиколониальной борьбы, языком третьего мира и глобального Юга, имея некоторые шансы таким образом сместить (или скреститься с) английский язык с поул-позиции в гонке языков будущего.
Но это был, говоря языком победителей, long shot. А вот где у русского языка было настоящее лидерство на правах пионеров и первооткрывателей — так это в космосе. Спасибо Белке, Стрелке, спутнику и Сергею Павловичу и Юрию Алексеевичу, знание русского языка стало обязательным для тех, кто покидает земное притяжение. И, в случае развития человечества как межпланетарной цивилизации в этой версии будущего, русский мог выиграть гонку за язык будущего, не бодаясь с английским на его территории, а став языком расселяющегося по космосу человечества. Но, в итоге, как и многим другим пионерам в истории (тем же испанцам с португальцами), первооткрыватели поиграли конкуренцию своим последователям.
Сейчас этот шанс есть у китайского, но, на мой взгляд, вероятность будущего, в котором китайский перехватывает лидерство у английского языка в космосе, примерно такова же, как у будущего, в котором человечество вообще не смогло закрепиться в космосе, оказавшись отрезанным от него эффектом Кесслера или же просто не удержав текущего уровня технологического развития и разучившись летать.
@moralpolitics #histmat@moralpolitics
Иногда мне становится грустно, когда я думаю, что цивилизационный звёздный час России безвозвратно миновал в XX веке, когда русский язык стал языком авангарда человеческой цивилизации, и Россия сейчас стремительно возвращается к «исторической нормальности» — бедной, отсталой, чудовищно несправедливой и неравной периферии Запада, «стране рабов, стране господ».
Конечно, сама идея исторической колеи или «национальной судьбы» — порождение чистого исторического идеализма, фантом, который при материалистическом взгляде распадается как оптическая иллюзия. Но внезапные прорывы с периферии в лидеры цивилизации с последующим откатом — обычное дело в истории по чисто статистическим причинам: все не могут быть лидерами, положение периферии цивилизации — это норма для большинства культур в истории, в лидеры вырывается меньшинство, а удерживает лидерство — ещё меньше.
А недавно мне пришла в голову мысль, которая может сделать размышления об упущенном будущем совсем тоскливыми.
Дело в том, что в соревновании культур западная, а точнее англоязычная, выиграла, возможно, самый главный приз — английский язык стал мировым lingua franca, победа тем более сокрушительная, что сама этимология этого понятия намекает на совсем другого кандидата.
Несостоявшийся язык космической цивилизации
Русский язык, благодаря международной политической и образовательной деятельности СССР, начал становиться языком антиколониальной борьбы, языком третьего мира и глобального Юга, имея некоторые шансы таким образом сместить (или скреститься с) английский язык с поул-позиции в гонке языков будущего.
Но это был, говоря языком победителей, long shot. А вот где у русского языка было настоящее лидерство на правах пионеров и первооткрывателей — так это в космосе. Спасибо Белке, Стрелке, спутнику и Сергею Павловичу и Юрию Алексеевичу, знание русского языка стало обязательным для тех, кто покидает земное притяжение. И, в случае развития человечества как межпланетарной цивилизации в этой версии будущего, русский мог выиграть гонку за язык будущего, не бодаясь с английским на его территории, а став языком расселяющегося по космосу человечества. Но, в итоге, как и многим другим пионерам в истории (тем же испанцам с португальцами), первооткрыватели поиграли конкуренцию своим последователям.
Сейчас этот шанс есть у китайского, но, на мой взгляд, вероятность будущего, в котором китайский перехватывает лидерство у английского языка в космосе, примерно такова же, как у будущего, в котором человечество вообще не смогло закрепиться в космосе, оказавшись отрезанным от него эффектом Кесслера или же просто не удержав текущего уровня технологического развития и разучившись летать.
@moralpolitics #histmat@moralpolitics
YouTube: Друг, любовник, стукач: Как распознать провокатора (канал AltLeft, @altleft_org)
Вот за что я люблю левый контент — либералы тоже говорят, пишут и показывают на эти темы, но у них всегда провокаторы существуют только в России.
И, хотя российские, белорусские и украинские примеры более актуальны для русскоязычной среды, молчать о методах и практиках западной полиции и спецслужб — это настоящее вредительство, ложь умолчанием, которая рисует фашистскую, в конечном итоге, сказку, что:
а) в мире есть плохие и хорошие страны, и вот Россия, к сожалению, плохая (хотя не такая плохая, как был СССР, вот тогда был ужас-ужас-ужас), а США — хорошие.
б) в мире есть добрые копы. А раз они где-то есть — то почему их в России не может быть? Не сейчас, при злом Путине, так потом — при добром Мутине. Хочется верить, что люди, чья профессия началась с ловли сбежавших рабов и разгрома рабочих стачек, и которые при этом ни разу в истории не оказали сопротивления буквальным фашистам и нацистам, берущим власть, могут оказаться хорошими. Тут всё просто: им не за это деньги платят.
«А зачем мне это смотреть, я же не собираюсь делать ничего такого?»
Так в этом и прикол, что речь идёт о тех, кто не хотел делать ничего такого — просто интересовался политикой, теорией, занимался околополитическим активизмом, и из кого с помощью провокаторов и гуттаперчевых судов слепили экстремистов.
Настоящим экстремистам такие видео ни к чему, они знают, чем занимаются. Знать это нужно как раз «интересующимся» и «увлекающимся» политикой.
@moralpolitics #video@moralpolitics
Вот за что я люблю левый контент — либералы тоже говорят, пишут и показывают на эти темы, но у них всегда провокаторы существуют только в России.
И, хотя российские, белорусские и украинские примеры более актуальны для русскоязычной среды, молчать о методах и практиках западной полиции и спецслужб — это настоящее вредительство, ложь умолчанием, которая рисует фашистскую, в конечном итоге, сказку, что:
а) в мире есть плохие и хорошие страны, и вот Россия, к сожалению, плохая (хотя не такая плохая, как был СССР, вот тогда был ужас-ужас-ужас), а США — хорошие.
б) в мире есть добрые копы. А раз они где-то есть — то почему их в России не может быть? Не сейчас, при злом Путине, так потом — при добром Мутине. Хочется верить, что люди, чья профессия началась с ловли сбежавших рабов и разгрома рабочих стачек, и которые при этом ни разу в истории не оказали сопротивления буквальным фашистам и нацистам, берущим власть, могут оказаться хорошими. Тут всё просто: им не за это деньги платят.
«А зачем мне это смотреть, я же не собираюсь делать ничего такого?»
Так в этом и прикол, что речь идёт о тех, кто не хотел делать ничего такого — просто интересовался политикой, теорией, занимался околополитическим активизмом, и из кого с помощью провокаторов и гуттаперчевых судов слепили экстремистов.
Настоящим экстремистам такие видео ни к чему, они знают, чем занимаются. Знать это нужно как раз «интересующимся» и «увлекающимся» политикой.
@moralpolitics #video@moralpolitics
Forwarded from Леворадикал
В России появленось 15 новых долларовых миллиардеров
Согласно последнему рейтингу Forbes, в мире насчитывается 3028 миллиардеров, из которых 288 попали в список впервые. Среди новичков — 15 россиян. Всего в рейтинге представлено 146 россиян, тогда как в прошлом году их было 125.
В числе новых российских миллиардеров — основатели холдинга «Мираторг» Александр и Виктор Линники, экс-гендиректор сети «Л'Этуаль» Татьяна Володина, бывший акционер Globaltrans Андрей Филатов, а также создатель фармацевтической компании «Фармасинтез» Викрам Пуния.
Возглавил список богатейших россиян основатель «ЛУКОЙЛа» Вагит Алекперов с состоянием $28,7 млрд. На второй позиции — основной акционер «Северстали» Алексей Мордашов ($28,6 млрд). Замыкает тройку председатель правления НОВАТЭКа Леонид Михельсон ($28,4 млрд).
@levoradikal
Согласно последнему рейтингу Forbes, в мире насчитывается 3028 миллиардеров, из которых 288 попали в список впервые. Среди новичков — 15 россиян. Всего в рейтинге представлено 146 россиян, тогда как в прошлом году их было 125.
В числе новых российских миллиардеров — основатели холдинга «Мираторг» Александр и Виктор Линники, экс-гендиректор сети «Л'Этуаль» Татьяна Володина, бывший акционер Globaltrans Андрей Филатов, а также создатель фармацевтической компании «Фармасинтез» Викрам Пуния.
Возглавил список богатейших россиян основатель «ЛУКОЙЛа» Вагит Алекперов с состоянием $28,7 млрд. На второй позиции — основной акционер «Северстали» Алексей Мордашов ($28,6 млрд). Замыкает тройку председатель правления НОВАТЭКа Леонид Михельсон ($28,4 млрд).
@levoradikal
О высшем проявлении человечности. Гуманизм против натурализма
Одно из высших проявлений человечности заключается в отрицании человеком conditioning (колеи, роли), заданной условиями среды, физиологией, классовой, социальной, расовой, гендерной или сексуальной идентичностью, и сознательном выборе общечеловеческих ценностей. У понятия человек есть много определений, начиная с внешних особенностей приматов Homo Sapiens до наличия сознания, речи, культуры и способности создавать искусственную среду обитания.
Но слепое следование условиям среды — от природы и генетики до общественных и классовых обстоятельств, некритическое исполнение предписанной роли всё равно на каком-то уровне остаётся животным поведением — пусть и говорящего, умеющего писать и пользоваться интернетом и водить машину животного.
Человека человеком в высоком, моральном смысле делает сознательный выбор в пользу человечности — единой, универсальной идентичности, общей для всех людей, против любого неравенства. Высшая человечность — это аристократ, борющийся с сословным строем и привилегиями аристократии, мужчина, борющийся с патриархатом и мужской привилегией, свободный человек, борющийся против рабства, белый человек, борющийся с расизмом, капиталист, борющийся с капитализмом, натурал, борющийся с гомофобией, цисгендерный человек, борющийся с трансфобией, человек любой национальности — борющийся с национализмом, гражданин — борющийся за равные права для мигрантов etc.
Способность видеть человечность за любой социально обусловленной сегрегацией на сорта и классы требует всего, что входит в более низкоуровневые определения человека (родиться Homo Sapiens, уметь говорить, читать, писать и убирать за собой после еды в столовой) — и большего: определённого уровня культуры, кругозора, эмпатии, самостоятельности и воли.
Натурализм, которым обосновывается отказ улучшать общество для всех (например, протест против социализации образования, медицины, жилья и поддержка классового расслоения, т.к. «нормальные люди и так заработают, а дураков, лентяев и алкашей незачем поощрять») и дискриминация (классовое общество, запреты абортов, смены гендера, однополых браков, межрасовых браков, свободной миграции etc.) толкает людей к животному состоянию.
Не зря высшая форма натурализма — фашизм — расчеловечивает не только тех, кого фашисты назначили недолюдьми, но и их самих: те, кто осуществляет и поддерживает расчеловечивание других, аппелируя к каким-то «естественным» критериям, сами быстро теряют человеческий облик. Нацисты в прошлом, израильское общество сегодня — примеры того, что бесчеловечная политика всегда работает в обе стороны — расчеловечивание и геноцид целых этносов лишает человеческого облика тех, кто её поддерживает и проводит в жизнь.
Это вполне логично: отказ в человечности кому-то, пусть даже «незначительному» меньшинству — это отказ от человечности как универсальной высшей ценности вообще. А отказ от человечности как ориентира ведёт к потере человеческого облика.
Человека делает человеком в высшем моральном смысле гуманизм, который противостоит натурализму.
@moralpolitics #ethics #philosophy #humanism #longread
Одно из высших проявлений человечности заключается в отрицании человеком conditioning (колеи, роли), заданной условиями среды, физиологией, классовой, социальной, расовой, гендерной или сексуальной идентичностью, и сознательном выборе общечеловеческих ценностей. У понятия человек есть много определений, начиная с внешних особенностей приматов Homo Sapiens до наличия сознания, речи, культуры и способности создавать искусственную среду обитания.
Но слепое следование условиям среды — от природы и генетики до общественных и классовых обстоятельств, некритическое исполнение предписанной роли всё равно на каком-то уровне остаётся животным поведением — пусть и говорящего, умеющего писать и пользоваться интернетом и водить машину животного.
Человека человеком в высоком, моральном смысле делает сознательный выбор в пользу человечности — единой, универсальной идентичности, общей для всех людей, против любого неравенства. Высшая человечность — это аристократ, борющийся с сословным строем и привилегиями аристократии, мужчина, борющийся с патриархатом и мужской привилегией, свободный человек, борющийся против рабства, белый человек, борющийся с расизмом, капиталист, борющийся с капитализмом, натурал, борющийся с гомофобией, цисгендерный человек, борющийся с трансфобией, человек любой национальности — борющийся с национализмом, гражданин — борющийся за равные права для мигрантов etc.
Способность видеть человечность за любой социально обусловленной сегрегацией на сорта и классы требует всего, что входит в более низкоуровневые определения человека (родиться Homo Sapiens, уметь говорить, читать, писать и убирать за собой после еды в столовой) — и большего: определённого уровня культуры, кругозора, эмпатии, самостоятельности и воли.
Натурализм, которым обосновывается отказ улучшать общество для всех (например, протест против социализации образования, медицины, жилья и поддержка классового расслоения, т.к. «нормальные люди и так заработают, а дураков, лентяев и алкашей незачем поощрять») и дискриминация (классовое общество, запреты абортов, смены гендера, однополых браков, межрасовых браков, свободной миграции etc.) толкает людей к животному состоянию.
Не зря высшая форма натурализма — фашизм — расчеловечивает не только тех, кого фашисты назначили недолюдьми, но и их самих: те, кто осуществляет и поддерживает расчеловечивание других, аппелируя к каким-то «естественным» критериям, сами быстро теряют человеческий облик. Нацисты в прошлом, израильское общество сегодня — примеры того, что бесчеловечная политика всегда работает в обе стороны — расчеловечивание и геноцид целых этносов лишает человеческого облика тех, кто её поддерживает и проводит в жизнь.
Это вполне логично: отказ в человечности кому-то, пусть даже «незначительному» меньшинству — это отказ от человечности как универсальной высшей ценности вообще. А отказ от человечности как ориентира ведёт к потере человеческого облика.
Человека делает человеком в высшем моральном смысле гуманизм, который противостоит натурализму.
@moralpolitics #ethics #philosophy #humanism #longread
О человеке в высшем моральном смыслеhttps://www.group-telegram.com/moralpolitics.com/2556. Уровни человечности.
Палка-копалка, первый инструмент в руках примата — это пропуск на начальную стадию человечности, технологическую. Следующий уровень — языковой, заговорив, стая превратилась общество. Ещё ступенькой выше родоплеменные образования встречают друг друга, и возникают политика, письменность, иерархия, государство. И только после этого человечество начинает изобретение морали — высший уровень прогресса.
Эти четыре состояния человека:
• Человек технологический
• Человек социальный
• Человек политический
• Человек моральный
Формируют два этапа человечности:
• социально-технологический — базовый уровень человечности, где решается задача человеческой эмансипации: человек обособляется от животного, цивилизация — от природы. Развитие человека социального проявляется через технологический прогресс.
• морально-политический — высший уровень человечности, где решается проблема общечеловеческих отношений — как возникшим человеческим социумам на первом этапе жить друг с другом. Успех человека морального проявляется в политическом прогрессе.
Проще говоря, эволюционным путём придя к обособлению от природы по всей планете, независимо друг от друга, человечество столкнулось на этом этапе с самим собой и проблемой совместного проживания, которую люди пытаются решить то уничтожением всех, с кем не уживаются, то договорившись о правилах общежития.
Успех современной технологической цивилизации не противоречит, а подтверждает этот порядок. Люди добиваются большего успеха в том, что людям даётся проще. Из XXI века стало хорошо видно разрыв между технологическим и моральным прогрессом, которого не было видно, например, из XIX: западный модерн отличала убеждённость, что технологический и моральный прогресс — это одно и то же.
А в XXI веке стало видно, что, состоявшись, как человек технологический и человек социальный, человек до сих проваливает уровень политики, становясь рабом институтов, которые сам же и построил: капитализма, государства, демократии, медиа.
Капитализм, который по Локку должен был сделать человека свободным через собственность, сделал человека рабом собственности.
Государство, которое, по Гоббсу, должно было спасти человека от войны всех против всех — сделало человека пушечным мясом государства.
Либеральная демократия, которая, по Руссо, должна была наделить народ властью — парализовала политическую волю масс.
Медиа, которые должны были людей информировать — превратились в несокрушимую машину одурачивания.
В результате, вместо производства человека морального, цивилизация раз за разом воспроизводит фашизм, античеловечность, обращая все технологии, коммуникации и институты вовнутрь, на саму человечность.
@moralpolitics #ethics #philosophy #humanism #longread
Палка-копалка, первый инструмент в руках примата — это пропуск на начальную стадию человечности, технологическую. Следующий уровень — языковой, заговорив, стая превратилась общество. Ещё ступенькой выше родоплеменные образования встречают друг друга, и возникают политика, письменность, иерархия, государство. И только после этого человечество начинает изобретение морали — высший уровень прогресса.
Эти четыре состояния человека:
• Человек технологический
• Человек социальный
• Человек политический
• Человек моральный
Формируют два этапа человечности:
• социально-технологический — базовый уровень человечности, где решается задача человеческой эмансипации: человек обособляется от животного, цивилизация — от природы. Развитие человека социального проявляется через технологический прогресс.
• морально-политический — высший уровень человечности, где решается проблема общечеловеческих отношений — как возникшим человеческим социумам на первом этапе жить друг с другом. Успех человека морального проявляется в политическом прогрессе.
Проще говоря, эволюционным путём придя к обособлению от природы по всей планете, независимо друг от друга, человечество столкнулось на этом этапе с самим собой и проблемой совместного проживания, которую люди пытаются решить то уничтожением всех, с кем не уживаются, то договорившись о правилах общежития.
Успех современной технологической цивилизации не противоречит, а подтверждает этот порядок. Люди добиваются большего успеха в том, что людям даётся проще. Из XXI века стало хорошо видно разрыв между технологическим и моральным прогрессом, которого не было видно, например, из XIX: западный модерн отличала убеждённость, что технологический и моральный прогресс — это одно и то же.
А в XXI веке стало видно, что, состоявшись, как человек технологический и человек социальный, человек до сих проваливает уровень политики, становясь рабом институтов, которые сам же и построил: капитализма, государства, демократии, медиа.
Капитализм, который по Локку должен был сделать человека свободным через собственность, сделал человека рабом собственности.
Государство, которое, по Гоббсу, должно было спасти человека от войны всех против всех — сделало человека пушечным мясом государства.
Либеральная демократия, которая, по Руссо, должна была наделить народ властью — парализовала политическую волю масс.
Медиа, которые должны были людей информировать — превратились в несокрушимую машину одурачивания.
В результате, вместо производства человека морального, цивилизация раз за разом воспроизводит фашизм, античеловечность, обращая все технологии, коммуникации и институты вовнутрь, на саму человечность.
@moralpolitics #ethics #philosophy #humanism #longread