В одном из телеграм-каналов появилось обвинение в адрес «Живого города» и Юрия Ускова. Якобы экологи сначала очистили Малую Кокшагу, а потом собственноручно ее же и загрязнили, «сдав позиции» и закрыв глаза на нарушения. Это ложь.
Никакие частники, никакие бизнесмены и тем более активисты не занимаются уборкой набережной. Это зона ответственности городских властей. Подрядчики, должны не просто чистить снег, но и правильно его утилизировать, и мы с этим согласны. Если кто-то из них решил нарушить закон и сбрасывать отходы в реку, то это проблема муниципального контроля, а не экологов.
Попытка «перевести стрелки» с реального нарушения на общественников – типичная уловка, чтобы скрыть халатность. Но факты говорят сами за себя. Активисты били тревогу заранее, обращали внимание на проблему, требовали от города действий. А если кто-то из «экспертов» хочет сделать вид, что этого не было – архив постов в открытом доступе.
Борьба за экологию — не пустые обвинения друг друга, а реальные действия. Проблема была зафиксирована, о ней рассказали общественности. Потом силами неравнодушных граждан было написано обращение в прокуратуру. Если после этого в реку продолжают сгружать грязный снег, то виновных искать стоит уж точно не среди активистов.
В одном из телеграм-каналов появилось обвинение в адрес «Живого города» и Юрия Ускова. Якобы экологи сначала очистили Малую Кокшагу, а потом собственноручно ее же и загрязнили, «сдав позиции» и закрыв глаза на нарушения. Это ложь.
Никакие частники, никакие бизнесмены и тем более активисты не занимаются уборкой набережной. Это зона ответственности городских властей. Подрядчики, должны не просто чистить снег, но и правильно его утилизировать, и мы с этим согласны. Если кто-то из них решил нарушить закон и сбрасывать отходы в реку, то это проблема муниципального контроля, а не экологов.
Попытка «перевести стрелки» с реального нарушения на общественников – типичная уловка, чтобы скрыть халатность. Но факты говорят сами за себя. Активисты били тревогу заранее, обращали внимание на проблему, требовали от города действий. А если кто-то из «экспертов» хочет сделать вид, что этого не было – архив постов в открытом доступе.
Борьба за экологию — не пустые обвинения друг друга, а реальные действия. Проблема была зафиксирована, о ней рассказали общественности. Потом силами неравнодушных граждан было написано обращение в прокуратуру. Если после этого в реку продолжают сгружать грязный снег, то виновных искать стоит уж точно не среди активистов.
The perpetrators use various names to carry out the investment scams. They may also impersonate or clone licensed capital market intermediaries by using the names, logos, credentials, websites and other details of the legitimate entities to promote the illegal schemes. For Oleksandra Tsekhanovska, head of the Hybrid Warfare Analytical Group at the Kyiv-based Ukraine Crisis Media Center, the effects are both near- and far-reaching. The news also helped traders look past another report showing decades-high inflation and shake off some of the volatility from recent sessions. The Bureau of Labor Statistics' February Consumer Price Index (CPI) this week showed another surge in prices even before Russia escalated its attacks in Ukraine. The headline CPI — soaring 7.9% over last year — underscored the sticky inflationary pressures reverberating across the U.S. economy, with everything from groceries to rents and airline fares getting more expensive for everyday consumers. If you initiate a Secret Chat, however, then these communications are end-to-end encrypted and are tied to the device you are using. That means it’s less convenient to access them across multiple platforms, but you are at far less risk of snooping. Back in the day, Secret Chats received some praise from the EFF, but the fact that its standard system isn’t as secure earned it some criticism. If you’re looking for something that is considered more reliable by privacy advocates, then Signal is the EFF’s preferred platform, although that too is not without some caveats. What distinguishes the app from competitors is its use of what's known as channels: Public or private feeds of photos and videos that can be set up by one person or an organization. The channels have become popular with on-the-ground journalists, aid workers and Ukrainian President Volodymyr Zelenskyy, who broadcasts on a Telegram channel. The channels can be followed by an unlimited number of people. Unlike Facebook, Twitter and other popular social networks, there is no advertising on Telegram and the flow of information is not driven by an algorithm.
from fr