Во время учебы в Вест-Пойнте одним из любимых предметов кадета (и будущего южного генерала) Джозефа Э. Джонстона был французский язык. Поначалу дело продвигалось туговато, но постепенно Джо вошел во вкус и весьма преуспел в чтении и переводе франкоязычных трудов по фортификациям, инженерным дисциплинам, тактике и стратегии. Благодаря терпению, основательности и усидчивости, он оказался в числе фаворитов профессора Клода Берара, уроженца Бордо, и по совету и с помощью наставника прочитал романтическую «Историю Жиль Бласа из Сантильяны» пера Алена-Рене Лесажа и вольтеровскую «Историю Карла XII, короля Швеции». Обе книги не могли не понравиться кадету Джонстону, горячему, как и большинство южан, поклоннику сэра Вальтера Скотта.
Любовь к французскому языку Джозеф Э. Джонстон пронес через всю жизнь. Значительную часть его богатой библиотеки составляли франкоязычные труды по истории Франции, военно-инженерному делу и биографии французских полководцев, страницы которых Джонстон испещрял пометками и комментариями.
Во время учебы в Вест-Пойнте одним из любимых предметов кадета (и будущего южного генерала) Джозефа Э. Джонстона был французский язык. Поначалу дело продвигалось туговато, но постепенно Джо вошел во вкус и весьма преуспел в чтении и переводе франкоязычных трудов по фортификациям, инженерным дисциплинам, тактике и стратегии. Благодаря терпению, основательности и усидчивости, он оказался в числе фаворитов профессора Клода Берара, уроженца Бордо, и по совету и с помощью наставника прочитал романтическую «Историю Жиль Бласа из Сантильяны» пера Алена-Рене Лесажа и вольтеровскую «Историю Карла XII, короля Швеции». Обе книги не могли не понравиться кадету Джонстону, горячему, как и большинство южан, поклоннику сэра Вальтера Скотта.
Любовь к французскому языку Джозеф Э. Джонстон пронес через всю жизнь. Значительную часть его богатой библиотеки составляли франкоязычные труды по истории Франции, военно-инженерному делу и биографии французских полководцев, страницы которых Джонстон испещрял пометками и комментариями.
'Wild West' Russians and Ukrainians are both prolific users of Telegram. They rely on the app for channels that act as newsfeeds, group chats (both public and private), and one-to-one communication. Since the Russian invasion of Ukraine, Telegram has remained an important lifeline for both Russians and Ukrainians, as a way of staying aware of the latest news and keeping in touch with loved ones. The news also helped traders look past another report showing decades-high inflation and shake off some of the volatility from recent sessions. The Bureau of Labor Statistics' February Consumer Price Index (CPI) this week showed another surge in prices even before Russia escalated its attacks in Ukraine. The headline CPI — soaring 7.9% over last year — underscored the sticky inflationary pressures reverberating across the U.S. economy, with everything from groceries to rents and airline fares getting more expensive for everyday consumers. "Like the bombing of the maternity ward in Mariupol," he said, "Even before it hits the news, you see the videos on the Telegram channels." The picture was mixed overseas. Hong Kong’s Hang Seng Index fell 1.6%, under pressure from U.S. regulatory scrutiny on New York-listed Chinese companies. Stocks were more buoyant in Europe, where Frankfurt’s DAX surged 1.4%.
from fr