Telegram Group & Telegram Channel
Сегодня доработала и отправила в журнал рецензию на одну книгу о Платоне, которую медленно читала все праздники, чтобы не впасть в майонезную кому. Рецензия, как и книга, не имеет никакого отношения к цифре: речь идет о некоторых emerging trends в платоноведении.

Но, разумеется, после всех экспериментов с LLM мне стало интересно, может ли чат GPT помочь в написании рецензии. Вспомнив про эксперименты Ньютона с втыканием булавки в собственный глаз, для начала попросила модель резюмировать несколько своих статей. Результат показался внятным: тонкости аргументации потерялись, но общий смысл был сохранен. Это обнадеживало: модель вполне можно использовать, чтобы понять, о чем текст, а это уже очень близко к цели.

Как оставленные без присмотра герои Носова, я разрезала на главы пиратский pdf (ограничения по моей подписке — 100 000 знаков) и принялась варить кашу попросила GPT каждую из них резюмировать. Несмотря на путаную структуру книги и местами темную аргументацию, перемежающуюся длинными греческими цитатами, модель в целом для каждой главы корректно установила, о чем она, и перечислила основные выводы.

Но ни одной строчки этого внятного пересказа я в итоге не использовала. Почему? Рецензия — это не реферат (хотя и полноценный реферат — это не пересказ). Это гораздо более сложный жанр, или даже констелляция жанров, о которой коллеги in times of yore сделали целую книгу. Среди рецензий встречаются своего рода пересказы, и, хотя ценность подобных сочинений никогда не была особенно велика, они были и пока остаются востребованы в условиях перепроизводства публикаций.

Легкость получения такого пересказа при помощи GPT совершенно его обесценивает. Нельзя сказать, чтобы это было совсем бесполезно: полезно, например, сравнивать свой читательский опыт с тем, что тебе вернула машина. Это позволяет лишний раз подумать, правильно ли ты расставил акценты и все ли понял (не такая заурядная задача, хотя ей часто пренебрегают студенты, спеша сказать новое слово в науке).

Но в итоге в рецензию я постаралась включить только то, что модель никак не могла описать, а это две вещи.

Во-первых, теоретический и методологический контекст. Какое место занимает книга Х в научном поле, какие влияния она испытала и как сама может повлиять на других? Модель не представляет себе контекст. Она в каком-то смысле «начитана», но она не видит границ между дисциплинарными парадигмами, для нее все подходы равны и все ходы мысли по-своему приемлемы. «Читая» книгу, она может контекстуализировать ее лишь настолько, насколько это делает сам автор, например, во введении. Условно говоря, если ты просишь ее приготовить ужин из того, что есть в холодильнике, она не «вспомнит», что за шкафом есть банка крупы. А в гуманитарных науках очень важна способность к метаописанию или, проще говоря, самопознанию: мы это понимаем так, но это можно понимать и иначе. Хороший гуманитарий — не тот, кто хорошо играет по заданным правилам, но тот, кто понимает историческую контингентность этих правил.

Во-вторых, модель, как курос Парменида, не может познать небытие. Она не сможет пересказать то, что не сказано прямо. Речь идет не только о неизбежных упущениях (хотя это тоже важно: например, почему не процитированы релевантные работы или не поставлены очевидные вопросы). Речь идет в большей степени о том, что не принято говорить прямо — потому ли, что это знание считается общепринятым; потому ли, что сам автор не задумывался об основаниях, на которых держится вся его конструкция; потому ли, что контекст по определению исключен из текста. Условия, делающие возможным высказывание, сами остаются за его пределами.

Из этого делаю два предварительных вывода: как редактор — не соглашаться на пересказы; как автор — не опускаться до пересказов. А как быть? Учиться писать приличные рецензии.



group-telegram.com/rantiquity/597
Create:
Last Update:

Сегодня доработала и отправила в журнал рецензию на одну книгу о Платоне, которую медленно читала все праздники, чтобы не впасть в майонезную кому. Рецензия, как и книга, не имеет никакого отношения к цифре: речь идет о некоторых emerging trends в платоноведении.

Но, разумеется, после всех экспериментов с LLM мне стало интересно, может ли чат GPT помочь в написании рецензии. Вспомнив про эксперименты Ньютона с втыканием булавки в собственный глаз, для начала попросила модель резюмировать несколько своих статей. Результат показался внятным: тонкости аргументации потерялись, но общий смысл был сохранен. Это обнадеживало: модель вполне можно использовать, чтобы понять, о чем текст, а это уже очень близко к цели.

Как оставленные без присмотра герои Носова, я разрезала на главы пиратский pdf (ограничения по моей подписке — 100 000 знаков) и принялась варить кашу попросила GPT каждую из них резюмировать. Несмотря на путаную структуру книги и местами темную аргументацию, перемежающуюся длинными греческими цитатами, модель в целом для каждой главы корректно установила, о чем она, и перечислила основные выводы.

Но ни одной строчки этого внятного пересказа я в итоге не использовала. Почему? Рецензия — это не реферат (хотя и полноценный реферат — это не пересказ). Это гораздо более сложный жанр, или даже констелляция жанров, о которой коллеги in times of yore сделали целую книгу. Среди рецензий встречаются своего рода пересказы, и, хотя ценность подобных сочинений никогда не была особенно велика, они были и пока остаются востребованы в условиях перепроизводства публикаций.

Легкость получения такого пересказа при помощи GPT совершенно его обесценивает. Нельзя сказать, чтобы это было совсем бесполезно: полезно, например, сравнивать свой читательский опыт с тем, что тебе вернула машина. Это позволяет лишний раз подумать, правильно ли ты расставил акценты и все ли понял (не такая заурядная задача, хотя ей часто пренебрегают студенты, спеша сказать новое слово в науке).

Но в итоге в рецензию я постаралась включить только то, что модель никак не могла описать, а это две вещи.

Во-первых, теоретический и методологический контекст. Какое место занимает книга Х в научном поле, какие влияния она испытала и как сама может повлиять на других? Модель не представляет себе контекст. Она в каком-то смысле «начитана», но она не видит границ между дисциплинарными парадигмами, для нее все подходы равны и все ходы мысли по-своему приемлемы. «Читая» книгу, она может контекстуализировать ее лишь настолько, насколько это делает сам автор, например, во введении. Условно говоря, если ты просишь ее приготовить ужин из того, что есть в холодильнике, она не «вспомнит», что за шкафом есть банка крупы. А в гуманитарных науках очень важна способность к метаописанию или, проще говоря, самопознанию: мы это понимаем так, но это можно понимать и иначе. Хороший гуманитарий — не тот, кто хорошо играет по заданным правилам, но тот, кто понимает историческую контингентность этих правил.

Во-вторых, модель, как курос Парменида, не может познать небытие. Она не сможет пересказать то, что не сказано прямо. Речь идет не только о неизбежных упущениях (хотя это тоже важно: например, почему не процитированы релевантные работы или не поставлены очевидные вопросы). Речь идет в большей степени о том, что не принято говорить прямо — потому ли, что это знание считается общепринятым; потому ли, что сам автор не задумывался об основаниях, на которых держится вся его конструкция; потому ли, что контекст по определению исключен из текста. Условия, делающие возможным высказывание, сами остаются за его пределами.

Из этого делаю два предварительных вывода: как редактор — не соглашаться на пересказы; как автор — не опускаться до пересказов. А как быть? Учиться писать приличные рецензии.

BY RAntiquity


Warning: Undefined variable $i in /var/www/group-telegram/post.php on line 260

Share with your friend now:
group-telegram.com/rantiquity/597

View MORE
Open in Telegram


Telegram | DID YOU KNOW?

Date: |

False news often spreads via public groups, or chats, with potentially fatal effects. The Securities and Exchange Board of India (Sebi) had carried out a similar exercise in 2017 in a matter related to circulation of messages through WhatsApp. Emerson Brooking, a disinformation expert at the Atlantic Council's Digital Forensic Research Lab, said: "Back in the Wild West period of content moderation, like 2014 or 2015, maybe they could have gotten away with it, but it stands in marked contrast with how other companies run themselves today." And while money initially moved into stocks in the morning, capital moved out of safe-haven assets. The price of the 10-year Treasury note fell Friday, sending its yield up to 2% from a March closing low of 1.73%. What distinguishes the app from competitors is its use of what's known as channels: Public or private feeds of photos and videos that can be set up by one person or an organization. The channels have become popular with on-the-ground journalists, aid workers and Ukrainian President Volodymyr Zelenskyy, who broadcasts on a Telegram channel. The channels can be followed by an unlimited number of people. Unlike Facebook, Twitter and other popular social networks, there is no advertising on Telegram and the flow of information is not driven by an algorithm.
from hk


Telegram RAntiquity
FROM American