Ещё до того, как состричь красивые тёмные волосы и перекрасить их в платиновый блонд, до того, как сменить имя (и, кажется, идентичность), до того, как написать свой самый узнаваемый роман, Хелен Вудс сказала, что её можно описать всего одним словом: «безнадёжна». Записи психиатра Вудс свидетельствуют, что она была невротична и паранойяльна, а её взаимоотношения с жизнью походили на отчаянную борьбу. Героин стал частью этой истории с той же органичностью, с какой вписался в эпоху в целом: он был «злым двигателем» писательской мысли, антагонистом галлюциногенов, порошком терпимости.
Романтизация героина подкармливалась пафосными убеждениями, что мы знаем о мире и о самом человеке ничтожно мало, а употребление — едва ли не залихватский эксперимент. Это важно для понимания контекста: Хелен жила в то время, когда психиатрия уже выносила аддиктивное поведение в диагноз, но едва ли не одобрительно кивала в сторону некоторых психоактивных веществ. В частности, психиатр Хелен разделял её мнение, что именно героин позволяет ей справляться с уродливой действительностью. Так это было или нет, ничто не уберегло молодую писательницу от потери единственного сына на войне и нескольких суицидальных попыток, которые закончились госпитализацией.
Она скажет, что невозможно построить что-то новое на развалинах старого, сменит внешность и выберет псевдоним — имя героини собственных книг. Свой главный роман — «Ice» — Каван напишет после путешествия в Новую Зеландию во время Второй Мировой. Она ненавидит холод и, кажется, разделяет мнение Берроуза о том, что инопланетянину хватило бы одного взгляда на Землю, чтобы он попросил позвать менеджера. Поэтому мир должен умереть. Неясно, случилась ядерная зима, война или новый ледниковый период — в «Ice» человечество погибает вместе с планетой, причём медленно, мучительно и смиренно. Огромная стена льда, которую можно видеть с высоты птичьего полёта, движется вперёд с неумолимой скоростью, уничтожая города и страны. Временные линии также переломаны, и опознать эпоху невозможно, она мутирует из средневековья в современность и обратно.
В эпицентре этого апокалипсиса неназванный герой вспоминает свою бывшую возлюбленную, с которой они разошлись на доброй ноте, отпустив друг друга без драм. И только лишь потому, что Девушка глубоко несчастлива в новом браке, герой отправляется на её поиски. Неизвестно, что он хочет сказать ей или как собирается её спасти, но ни знакомство с её новым мужем, ни даже жизнь с ними под одной крышей не приближает его к цели. Мир начинает лихорадить. Девушка снова пропадает, а герой отправляется на её поиски, ненавидит её, фантазирует, какие тяжелые страдания выпадают на её долю, представляет её пленницей, жертвой изнасилования, принцессой, заточённой в башне. Он находит её и теряет раз за разом — ледяную бывшую, которую нужно успеть отогреть прежде, чем случится конец света.
Хрупкая, почти недееспособная — она девушка Лолитного типажа, настолько худая, что почти прозрачная, настолько светловолосая, что её волосы переливаются всеми оттенками серебра. Герой свидетельствует как её ловят, пытают и убивают, и… вновь отправляется на поиски. Каждый раз история немного меняется, как будто рассказчика и самого охватила лихорадка, и всё ближе становится точка ясности: герой ищет Девушку, чтобы спасти её от насилия, поэтому берёт её силой, как только находит, поэтому наносит удары один за одним, когда она затравленно смотрит на него, отказывает ему в откровенном разговоре.
Было бы пошло сказать, что Анна Каван выводит на авансцену ненадёжного рассказчика. Невозможно разобраться даже в том, спит главный герой или галлюцинирует. Слепая одержимость толкает сюжет в разные стороны до тех пор, пока в его душе тлеют угольки навязчивого желания. Некоторые критики до сих пор читают этот роман как метафорическую историю взаимоотношений Анны с героином, но, кажется, здесь «Лёд» прозрачнее, чем его описывают.
Ещё до того, как состричь красивые тёмные волосы и перекрасить их в платиновый блонд, до того, как сменить имя (и, кажется, идентичность), до того, как написать свой самый узнаваемый роман, Хелен Вудс сказала, что её можно описать всего одним словом: «безнадёжна». Записи психиатра Вудс свидетельствуют, что она была невротична и паранойяльна, а её взаимоотношения с жизнью походили на отчаянную борьбу. Героин стал частью этой истории с той же органичностью, с какой вписался в эпоху в целом: он был «злым двигателем» писательской мысли, антагонистом галлюциногенов, порошком терпимости.
Романтизация героина подкармливалась пафосными убеждениями, что мы знаем о мире и о самом человеке ничтожно мало, а употребление — едва ли не залихватский эксперимент. Это важно для понимания контекста: Хелен жила в то время, когда психиатрия уже выносила аддиктивное поведение в диагноз, но едва ли не одобрительно кивала в сторону некоторых психоактивных веществ. В частности, психиатр Хелен разделял её мнение, что именно героин позволяет ей справляться с уродливой действительностью. Так это было или нет, ничто не уберегло молодую писательницу от потери единственного сына на войне и нескольких суицидальных попыток, которые закончились госпитализацией.
Она скажет, что невозможно построить что-то новое на развалинах старого, сменит внешность и выберет псевдоним — имя героини собственных книг. Свой главный роман — «Ice» — Каван напишет после путешествия в Новую Зеландию во время Второй Мировой. Она ненавидит холод и, кажется, разделяет мнение Берроуза о том, что инопланетянину хватило бы одного взгляда на Землю, чтобы он попросил позвать менеджера. Поэтому мир должен умереть. Неясно, случилась ядерная зима, война или новый ледниковый период — в «Ice» человечество погибает вместе с планетой, причём медленно, мучительно и смиренно. Огромная стена льда, которую можно видеть с высоты птичьего полёта, движется вперёд с неумолимой скоростью, уничтожая города и страны. Временные линии также переломаны, и опознать эпоху невозможно, она мутирует из средневековья в современность и обратно.
В эпицентре этого апокалипсиса неназванный герой вспоминает свою бывшую возлюбленную, с которой они разошлись на доброй ноте, отпустив друг друга без драм. И только лишь потому, что Девушка глубоко несчастлива в новом браке, герой отправляется на её поиски. Неизвестно, что он хочет сказать ей или как собирается её спасти, но ни знакомство с её новым мужем, ни даже жизнь с ними под одной крышей не приближает его к цели. Мир начинает лихорадить. Девушка снова пропадает, а герой отправляется на её поиски, ненавидит её, фантазирует, какие тяжелые страдания выпадают на её долю, представляет её пленницей, жертвой изнасилования, принцессой, заточённой в башне. Он находит её и теряет раз за разом — ледяную бывшую, которую нужно успеть отогреть прежде, чем случится конец света.
Хрупкая, почти недееспособная — она девушка Лолитного типажа, настолько худая, что почти прозрачная, настолько светловолосая, что её волосы переливаются всеми оттенками серебра. Герой свидетельствует как её ловят, пытают и убивают, и… вновь отправляется на поиски. Каждый раз история немного меняется, как будто рассказчика и самого охватила лихорадка, и всё ближе становится точка ясности: герой ищет Девушку, чтобы спасти её от насилия, поэтому берёт её силой, как только находит, поэтому наносит удары один за одним, когда она затравленно смотрит на него, отказывает ему в откровенном разговоре.
Было бы пошло сказать, что Анна Каван выводит на авансцену ненадёжного рассказчика. Невозможно разобраться даже в том, спит главный герой или галлюцинирует. Слепая одержимость толкает сюжет в разные стороны до тех пор, пока в его душе тлеют угольки навязчивого желания. Некоторые критики до сих пор читают этот роман как метафорическую историю взаимоотношений Анны с героином, но, кажется, здесь «Лёд» прозрачнее, чем его описывают.
BY Дом Астерия
Warning: Undefined variable $i in /var/www/group-telegram/post.php on line 260
The news also helped traders look past another report showing decades-high inflation and shake off some of the volatility from recent sessions. The Bureau of Labor Statistics' February Consumer Price Index (CPI) this week showed another surge in prices even before Russia escalated its attacks in Ukraine. The headline CPI — soaring 7.9% over last year — underscored the sticky inflationary pressures reverberating across the U.S. economy, with everything from groceries to rents and airline fares getting more expensive for everyday consumers. "He has to start being more proactive and to find a real solution to this situation, not stay in standby without interfering. It's a very irresponsible position from the owner of Telegram," she said. Emerson Brooking, a disinformation expert at the Atlantic Council's Digital Forensic Research Lab, said: "Back in the Wild West period of content moderation, like 2014 or 2015, maybe they could have gotten away with it, but it stands in marked contrast with how other companies run themselves today." False news often spreads via public groups, or chats, with potentially fatal effects. In addition, Telegram now supports the use of third-party streaming tools like OBS Studio and XSplit to broadcast live video, allowing users to add overlays and multi-screen layouts for a more professional look.
from hk