Telegram Group & Telegram Channel
Проблема «двух президентов». Очередная попытка продавить Татарстан на смену наименования высшего должностного лица с «президента» на «главу региона» в ходе трансфера власти может обернуться новыми конфликтами. В сущности, второстепенный вопрос может неплохо пошатать местные элиты, так как затрагивает ниточки, ведущие к разным кланам и федеральным группам влияния.

Госсовет Татарстана, который не поддержал проект закона «О публичной власти», опирается на авторитет бывшего главы республики Минтимера Шаймиева. Этот давний спор о наименовании должности Шаймиев отбивал долгие годы, пока еще сам был главой. Он тяжеловес ельцинских времен, сам по себе крупный федеральный лоббист, кроме того, является негласным арбитром между местными элитами, представленными как группой президента Минниханова, так и мэром Казани Метишиным. Понятно, что все возможное недовольство федерального центра придется принять на себя как раз Минниханову как действующему руководителю, что на сложном этапе трансфера явно не пойдет ему в плюс. В отличие от других регионов у Татарстана колоссальная финансовая и политическая автономия, но как раз этот фактор во много является раздражающим для Москвы. Поэтому возможное охлаждение отношения к Минниханову может активизировать игру его соперников, как на региональном, так и на федеральном уровне. Учитывая, что «клан Минниханова» во многом завязан на блок «сислибов» в Правительстве РФ, которые сегодня находятся в клинче с консервативным блоком, ситуация может развиваться и по этой линии.

Кроме того, т.н. «татарский клан» на федеральном уровне представлен вице-премьером Хуснуллиным и строительным комплексом Файзуллина, которые вынуждены руководствоваться собственными интересами. Прежде всего, это концепция «Агрессивное развитие инфраструктуры» общей стоимостью свыше 5,5 трлн рублей, представленная Хуснуллиным в апреле этого года. Его инициативы требуют привлечения рабочей силы из стран Азии и суммарно предполагают завоз в страну свыше 5 млн гастарбайтеров, примерно по 100-200 тыс. человек на регион. Тема эта довольно напряженная, так что сейчас авторам концепции не до публичных конфликтов, вроде наименования главы республики. Поэтому не исключено, что федеральные татары предпочтут дистанцироваться от политики.

Конфликт с «двумя президентами» (давнее мнение Москвы – остаться должен только один), тлеет с 2010 года, когда президент Татарстана Шаймиев покинул пост и тогдашний президент России Медведев попытался унифицировать наименование ВДЛ во всех регионах. Башкирия сдалась в 2015 году и уступила требованию Москвы, но Татарстан решил «прикрыться Конституцией» и отстоял свою позицию. Но раздражение федерального центра в целом понятно. К примеру, Конституция РТ в ст. 89 четко трактует, что: «Президент Республики Татарстан является главой государства, высшим должностным лицом». Государства в государстве. Да еще у него штандарт собственный есть, совсем как у Путина. В общем, сплошной пантюркизм.

Но на все это закрывали глаза даже в последние 10 лет, когда вся страна активно закручивала гайки. Даже Путин как-то обронил, что он с уважением относится к любому выбору народа Татарстана: «поэтому вы сами там решайте, ладно?». Новый закон «О публичной власти» неминуемо всколыхнул проблему, шаймиевские традиционно дали отпор и ждут, что тема быстро утихнет. Но трансфер размораживает давние конфликты и любой повод может быть использован для конкурентной борьбы между кланами и ФПГ.



group-telegram.com/thegraschenkov/2245
Create:
Last Update:

Проблема «двух президентов». Очередная попытка продавить Татарстан на смену наименования высшего должностного лица с «президента» на «главу региона» в ходе трансфера власти может обернуться новыми конфликтами. В сущности, второстепенный вопрос может неплохо пошатать местные элиты, так как затрагивает ниточки, ведущие к разным кланам и федеральным группам влияния.

Госсовет Татарстана, который не поддержал проект закона «О публичной власти», опирается на авторитет бывшего главы республики Минтимера Шаймиева. Этот давний спор о наименовании должности Шаймиев отбивал долгие годы, пока еще сам был главой. Он тяжеловес ельцинских времен, сам по себе крупный федеральный лоббист, кроме того, является негласным арбитром между местными элитами, представленными как группой президента Минниханова, так и мэром Казани Метишиным. Понятно, что все возможное недовольство федерального центра придется принять на себя как раз Минниханову как действующему руководителю, что на сложном этапе трансфера явно не пойдет ему в плюс. В отличие от других регионов у Татарстана колоссальная финансовая и политическая автономия, но как раз этот фактор во много является раздражающим для Москвы. Поэтому возможное охлаждение отношения к Минниханову может активизировать игру его соперников, как на региональном, так и на федеральном уровне. Учитывая, что «клан Минниханова» во многом завязан на блок «сислибов» в Правительстве РФ, которые сегодня находятся в клинче с консервативным блоком, ситуация может развиваться и по этой линии.

Кроме того, т.н. «татарский клан» на федеральном уровне представлен вице-премьером Хуснуллиным и строительным комплексом Файзуллина, которые вынуждены руководствоваться собственными интересами. Прежде всего, это концепция «Агрессивное развитие инфраструктуры» общей стоимостью свыше 5,5 трлн рублей, представленная Хуснуллиным в апреле этого года. Его инициативы требуют привлечения рабочей силы из стран Азии и суммарно предполагают завоз в страну свыше 5 млн гастарбайтеров, примерно по 100-200 тыс. человек на регион. Тема эта довольно напряженная, так что сейчас авторам концепции не до публичных конфликтов, вроде наименования главы республики. Поэтому не исключено, что федеральные татары предпочтут дистанцироваться от политики.

Конфликт с «двумя президентами» (давнее мнение Москвы – остаться должен только один), тлеет с 2010 года, когда президент Татарстана Шаймиев покинул пост и тогдашний президент России Медведев попытался унифицировать наименование ВДЛ во всех регионах. Башкирия сдалась в 2015 году и уступила требованию Москвы, но Татарстан решил «прикрыться Конституцией» и отстоял свою позицию. Но раздражение федерального центра в целом понятно. К примеру, Конституция РТ в ст. 89 четко трактует, что: «Президент Республики Татарстан является главой государства, высшим должностным лицом». Государства в государстве. Да еще у него штандарт собственный есть, совсем как у Путина. В общем, сплошной пантюркизм.

Но на все это закрывали глаза даже в последние 10 лет, когда вся страна активно закручивала гайки. Даже Путин как-то обронил, что он с уважением относится к любому выбору народа Татарстана: «поэтому вы сами там решайте, ладно?». Новый закон «О публичной власти» неминуемо всколыхнул проблему, шаймиевские традиционно дали отпор и ждут, что тема быстро утихнет. Но трансфер размораживает давние конфликты и любой повод может быть использован для конкурентной борьбы между кланами и ФПГ.

BY The Гращенков


Warning: Undefined variable $i in /var/www/group-telegram/post.php on line 260

Share with your friend now:
group-telegram.com/thegraschenkov/2245

View MORE
Open in Telegram


Telegram | DID YOU KNOW?

Date: |

In the past, it was noticed that through bulk SMSes, investors were induced to invest in or purchase the stocks of certain listed companies. "Russians are really disconnected from the reality of what happening to their country," Andrey said. "So Telegram has become essential for understanding what's going on to the Russian-speaking world." Channels are not fully encrypted, end-to-end. All communications on a Telegram channel can be seen by anyone on the channel and are also visible to Telegram. Telegram may be asked by a government to hand over the communications from a channel. Telegram has a history of standing up to Russian government requests for data, but how comfortable you are relying on that history to predict future behavior is up to you. Because Telegram has this data, it may also be stolen by hackers or leaked by an internal employee. Telegram was founded in 2013 by two Russian brothers, Nikolai and Pavel Durov. The company maintains that it cannot act against individual or group chats, which are “private amongst their participants,” but it will respond to requests in relation to sticker sets, channels and bots which are publicly available. During the invasion of Ukraine, Pavel Durov has wrestled with this issue a lot more prominently than he has before. Channels like Donbass Insider and Bellum Acta, as reported by Foreign Policy, started pumping out pro-Russian propaganda as the invasion began. So much so that the Ukrainian National Security and Defense Council issued a statement labeling which accounts are Russian-backed. Ukrainian officials, in potential violation of the Geneva Convention, have shared imagery of dead and captured Russian soldiers on the platform.
from id


Telegram The Гращенков
FROM American