В XVIII веке участок принадлежал графу Головину, который построил здесь загородную мызу в классическом стиле. В 1802 году мызу выкупили в казну и создали на участке ферму и школу сельского хозяйства. В 1803 году по проекту А. Н. Воронихина построили дом и хозяйственные постройки. Позже ферму объединили с «Английской фермой», а в 1809 году её закрыли. Участок причислили к Каменноостровскому дворцу, и дача стала использоваться как царская резиденция. В 1823–1824 годах Л. И. Шарлемань построил двухэтажный деревянный жилой дом вместо обветшавшего здания. Этот дом сохранился до сих пор.
Фасады дома украшены портиками с четырьмя ионическими колоннами, которые на втором этаже поддерживают балкон, огороженный балюстрадой. Обработка фасада имитирует каменное зодчество, а над окнами первого этажа использован мотив треугольных сандриков на кронштейнах.
В 1860-х годах обсуждалась идея перестроить дом в приходскую церковь, но в итоге было решено построить каменный Никольский храм в честь Николая Александровича.
В 1856 и 1949 годах были проведены две перепланировки. При первой перепланировке часть окон была заложена, а залы разделены на кабинеты. Отделка была простой и строгой: дубовые полы выкрашены тёмно-жёлтой охрой, сосновые клеёные щиты в некоторых помещениях — под разноцветный штучный паркет. В главном зале стояла шведская печь, остальные помещения отапливались голландскими печами с красно-белыми изразцами. Лестницы располагались у торцов здания. После революции в здании размещалась детская кожная больница. В 2011 году был разработан проект приспособления дома под офисы.
В XVIII веке участок принадлежал графу Головину, который построил здесь загородную мызу в классическом стиле. В 1802 году мызу выкупили в казну и создали на участке ферму и школу сельского хозяйства. В 1803 году по проекту А. Н. Воронихина построили дом и хозяйственные постройки. Позже ферму объединили с «Английской фермой», а в 1809 году её закрыли. Участок причислили к Каменноостровскому дворцу, и дача стала использоваться как царская резиденция. В 1823–1824 годах Л. И. Шарлемань построил двухэтажный деревянный жилой дом вместо обветшавшего здания. Этот дом сохранился до сих пор.
Фасады дома украшены портиками с четырьмя ионическими колоннами, которые на втором этаже поддерживают балкон, огороженный балюстрадой. Обработка фасада имитирует каменное зодчество, а над окнами первого этажа использован мотив треугольных сандриков на кронштейнах.
В 1860-х годах обсуждалась идея перестроить дом в приходскую церковь, но в итоге было решено построить каменный Никольский храм в честь Николая Александровича.
В 1856 и 1949 годах были проведены две перепланировки. При первой перепланировке часть окон была заложена, а залы разделены на кабинеты. Отделка была простой и строгой: дубовые полы выкрашены тёмно-жёлтой охрой, сосновые клеёные щиты в некоторых помещениях — под разноцветный штучный паркет. В главном зале стояла шведская печь, остальные помещения отапливались голландскими печами с красно-белыми изразцами. Лестницы располагались у торцов здания. После революции в здании размещалась детская кожная больница. В 2011 году был разработан проект приспособления дома под офисы.
That hurt tech stocks. For the past few weeks, the 10-year yield has traded between 1.72% and 2%, as traders moved into the bond for safety when Russia headlines were ugly—and out of it when headlines improved. Now, the yield is touching its pandemic-era high. If the yield breaks above that level, that could signal that it’s on a sustainable path higher. Higher long-dated bond yields make future profits less valuable—and many tech companies are valued on the basis of profits forecast for many years in the future. The company maintains that it cannot act against individual or group chats, which are “private amongst their participants,” but it will respond to requests in relation to sticker sets, channels and bots which are publicly available. During the invasion of Ukraine, Pavel Durov has wrestled with this issue a lot more prominently than he has before. Channels like Donbass Insider and Bellum Acta, as reported by Foreign Policy, started pumping out pro-Russian propaganda as the invasion began. So much so that the Ukrainian National Security and Defense Council issued a statement labeling which accounts are Russian-backed. Ukrainian officials, in potential violation of the Geneva Convention, have shared imagery of dead and captured Russian soldiers on the platform. Telegram, which does little policing of its content, has also became a hub for Russian propaganda and misinformation. Many pro-Kremlin channels have become popular, alongside accounts of journalists and other independent observers. Telegram has become more interventionist over time, and has steadily increased its efforts to shut down these accounts. But this has also meant that the company has also engaged with lawmakers more generally, although it maintains that it doesn’t do so willingly. For instance, in September 2021, Telegram reportedly blocked a chat bot in support of (Putin critic) Alexei Navalny during Russia’s most recent parliamentary elections. Pavel Durov was quoted at the time saying that the company was obliged to follow a “legitimate” law of the land. He added that as Apple and Google both follow the law, to violate it would give both platforms a reason to boot the messenger from its stores. "We're seeing really dramatic moves, and it's all really tied to Ukraine right now, and in a secondary way, in terms of interest rates," Octavio Marenzi, CEO of Opimas, told Yahoo Finance Live on Thursday. "This war in Ukraine is going to give the Fed the ammunition, the cover that it needs, to not raise interest rates too quickly. And I think Jay Powell is a very tepid sort of inflation fighter and he's not going to do as much as he needs to do to get that under control. And this seems like an excuse to kick the can further down the road still and not do too much too soon."
from in