🔎Фактчекинг по-башкирски: разбор ситуации с дефицитом инсулина в республике
Многие республиканские СМИ сегодня написали о жительнице Нефтекамска, которая обратилась к Владимиру Путину на «Прямой линии». Она рассказала президенту, что в аптеках и больницах наблюдается дефицит инсулина. Мы разобрались в ситуации и узнали, что же на самом деле произошло.
Пациентка не обращалась в поликлинику с июля 2024, а инсулин выдается только по рецепту от поликлиники. Женщина спрашивала в аптеках, есть ли инсулин, и получала отрицательный ответ. Туда его привозят под каждого пациента, и она не могла его получить без рецепта.
По данным Минздрава республики, проблем с поставкой инсулина в регионе нет. На сегодняшний день в аптеках Нефтекамска находится 270 упаковок инсулина. А по республике в наличии имеется 46 368 упаковок препарата. Для региональных льготников из них выделено 9 712. В аптеки привозят препарат под каждого пациента. А потребность видят по рецепту, полученному в поликлинике.
🔎Фактчекинг по-башкирски: разбор ситуации с дефицитом инсулина в республике
Многие республиканские СМИ сегодня написали о жительнице Нефтекамска, которая обратилась к Владимиру Путину на «Прямой линии». Она рассказала президенту, что в аптеках и больницах наблюдается дефицит инсулина. Мы разобрались в ситуации и узнали, что же на самом деле произошло.
Пациентка не обращалась в поликлинику с июля 2024, а инсулин выдается только по рецепту от поликлиники. Женщина спрашивала в аптеках, есть ли инсулин, и получала отрицательный ответ. Туда его привозят под каждого пациента, и она не могла его получить без рецепта.
По данным Минздрава республики, проблем с поставкой инсулина в регионе нет. На сегодняшний день в аптеках Нефтекамска находится 270 упаковок инсулина. А по республике в наличии имеется 46 368 упаковок препарата. Для региональных льготников из них выделено 9 712. В аптеки привозят препарат под каждого пациента. А потребность видят по рецепту, полученному в поликлинике.
This ability to mix the public and the private, as well as the ability to use bots to engage with users has proved to be problematic. In early 2021, a database selling phone numbers pulled from Facebook was selling numbers for $20 per lookup. Similarly, security researchers found a network of deepfake bots on the platform that were generating images of people submitted by users to create non-consensual imagery, some of which involved children. False news often spreads via public groups, or chats, with potentially fatal effects. In addition, Telegram's architecture limits the ability to slow the spread of false information: the lack of a central public feed, and the fact that comments are easily disabled in channels, reduce the space for public pushback. Right now the digital security needs of Russians and Ukrainians are very different, and they lead to very different caveats about how to mitigate the risks associated with using Telegram. For Ukrainians in Ukraine, whose physical safety is at risk because they are in a war zone, digital security is probably not their highest priority. They may value access to news and communication with their loved ones over making sure that all of their communications are encrypted in such a manner that they are indecipherable to Telegram, its employees, or governments with court orders. That hurt tech stocks. For the past few weeks, the 10-year yield has traded between 1.72% and 2%, as traders moved into the bond for safety when Russia headlines were ugly—and out of it when headlines improved. Now, the yield is touching its pandemic-era high. If the yield breaks above that level, that could signal that it’s on a sustainable path higher. Higher long-dated bond yields make future profits less valuable—and many tech companies are valued on the basis of profits forecast for many years in the future.
from it