Telegram Group & Telegram Channel
Мон шер ами!

Так много дней вдали от дома, от тебя. Последняя неделя моя прошла в швейцарском захолустье, на берегу Женевского озера, у подножья снежных Альп. Ох, знал бы ты, какой несчастной, какой уставшей я была в городе: меня снова посещали печальные мысли, мне хотелось все бросить, я плохо спала и нездорово ела. 

Но здесь, мон ами, я вернулась к жизни! Я дышала сладким хрустальным воздухом, слушала гортанный шепот французских Альп, что приносил мне ветер с другого берега озера. Птицы свили гнездо под козырьком нашего дома, и будили нас своим суетливым щебетаньем. Я открывала ставни и подолгу любовалась в окно на виноградники, сбегавшие стройными рядами к воде, на пушистые облака, накрученные вокруг острых носов скал.

В доме, что уступила нам улыбающаяся бесцветными губами-нитками селянка, жило четверо детей. Они оставляли зарубки на белом кухонном косяке. Младший, Адриан, измерялся каждые полгода, так торопился вырасти. Каждый день за ужином мы топили камин. Был тут даже винный погреб, но ты же помнишь, мон ами, что вину никогда не удавалось согреть мою кровь.

В четверг мой дорогой Граф возил наследников в горы. Барская забава – посмотреть на снег, покататься в санях с горы. Я оставалась одна и долго бродила по окрестностям. В соседней деревушке мне было видение: здесь проведет свои последние дни и будет похоронена госпожа Одри Хепберн. Мне кажется, она будет знаменитой актрисой, и на могиле ее будет возвышаться белый крест. Ключи от маленького кладбища можно было попросить у настоятеля деревенской церкви, но было воскресенье, и мне было неловко беспокоить человека в святой день из-за могилы еще даже не родившейся сеньоры. 

А еще мы навещали знаменитый Шильонский замок, о котором писал сам лорд Байрон. Замок высечен в скале, и ее срубленные наискось камни можно заметить в тамошних казематах. Замок напомнил мне каменный корабль, что врезается кормой в воды озера. Веками озеро бьется в его массивные стены, скрашивает бесконечные дни узников и солдат, старается проникнуть внутрь, но терпит неудачу год за годом, день за днем. В четырех внутренних дворах Шильона все еще слышны споры спешащих купцов, в Донжоне стражники неведомых времен гремят оружием.

Последний закат в Швейцарии мы встретили в средневековом Грюйере. Стучали башмаками по брусчатке, любовались богатыми охотничьими трофеями и резной готической мебелью. Не смогли вдоволь надышаться видами, небо чернело от зацепившейся за пики тучи, дождь лил стеной. Но зато увидели знаменитую кисть с египетской мумии, наслушались древних легенд.

Мон шер ами, завтра мы с Графом отправляемся в обратный путь: на перекладных до Женевы, оттуда до Парижа, и, наконец, назад, через пролив, в Лондон. Загадываю нашу скорую встречу, пожалуйста, береги себя! 

Искренне твоя,
Elen Dostoevskoff, 
Философский пароход, 
каюта 235
#письма_дочери_в_эмиграции #дочь_пишет



group-telegram.com/darktimesdairy/410
Create:
Last Update:

Мон шер ами!

Так много дней вдали от дома, от тебя. Последняя неделя моя прошла в швейцарском захолустье, на берегу Женевского озера, у подножья снежных Альп. Ох, знал бы ты, какой несчастной, какой уставшей я была в городе: меня снова посещали печальные мысли, мне хотелось все бросить, я плохо спала и нездорово ела. 

Но здесь, мон ами, я вернулась к жизни! Я дышала сладким хрустальным воздухом, слушала гортанный шепот французских Альп, что приносил мне ветер с другого берега озера. Птицы свили гнездо под козырьком нашего дома, и будили нас своим суетливым щебетаньем. Я открывала ставни и подолгу любовалась в окно на виноградники, сбегавшие стройными рядами к воде, на пушистые облака, накрученные вокруг острых носов скал.

В доме, что уступила нам улыбающаяся бесцветными губами-нитками селянка, жило четверо детей. Они оставляли зарубки на белом кухонном косяке. Младший, Адриан, измерялся каждые полгода, так торопился вырасти. Каждый день за ужином мы топили камин. Был тут даже винный погреб, но ты же помнишь, мон ами, что вину никогда не удавалось согреть мою кровь.

В четверг мой дорогой Граф возил наследников в горы. Барская забава – посмотреть на снег, покататься в санях с горы. Я оставалась одна и долго бродила по окрестностям. В соседней деревушке мне было видение: здесь проведет свои последние дни и будет похоронена госпожа Одри Хепберн. Мне кажется, она будет знаменитой актрисой, и на могиле ее будет возвышаться белый крест. Ключи от маленького кладбища можно было попросить у настоятеля деревенской церкви, но было воскресенье, и мне было неловко беспокоить человека в святой день из-за могилы еще даже не родившейся сеньоры. 

А еще мы навещали знаменитый Шильонский замок, о котором писал сам лорд Байрон. Замок высечен в скале, и ее срубленные наискось камни можно заметить в тамошних казематах. Замок напомнил мне каменный корабль, что врезается кормой в воды озера. Веками озеро бьется в его массивные стены, скрашивает бесконечные дни узников и солдат, старается проникнуть внутрь, но терпит неудачу год за годом, день за днем. В четырех внутренних дворах Шильона все еще слышны споры спешащих купцов, в Донжоне стражники неведомых времен гремят оружием.

Последний закат в Швейцарии мы встретили в средневековом Грюйере. Стучали башмаками по брусчатке, любовались богатыми охотничьими трофеями и резной готической мебелью. Не смогли вдоволь надышаться видами, небо чернело от зацепившейся за пики тучи, дождь лил стеной. Но зато увидели знаменитую кисть с египетской мумии, наслушались древних легенд.

Мон шер ами, завтра мы с Графом отправляемся в обратный путь: на перекладных до Женевы, оттуда до Парижа, и, наконец, назад, через пролив, в Лондон. Загадываю нашу скорую встречу, пожалуйста, береги себя! 

Искренне твоя,
Elen Dostoevskoff, 
Философский пароход, 
каюта 235
#письма_дочери_в_эмиграции #дочь_пишет

BY Дочь Достоевского | Елена Тимохина












Share with your friend now:
group-telegram.com/darktimesdairy/410

View MORE
Open in Telegram


Telegram | DID YOU KNOW?

Date: |

Telegram was co-founded by Pavel and Nikolai Durov, the brothers who had previously created VKontakte. VK is Russia’s equivalent of Facebook, a social network used for public and private messaging, audio and video sharing as well as online gaming. In January, SimpleWeb reported that VK was Russia’s fourth most-visited website, after Yandex, YouTube and Google’s Russian-language homepage. In 2016, Forbes’ Michael Solomon described Pavel Durov (pictured, below) as the “Mark Zuckerberg of Russia.” "Russians are really disconnected from the reality of what happening to their country," Andrey said. "So Telegram has become essential for understanding what's going on to the Russian-speaking world." NEWS The company maintains that it cannot act against individual or group chats, which are “private amongst their participants,” but it will respond to requests in relation to sticker sets, channels and bots which are publicly available. During the invasion of Ukraine, Pavel Durov has wrestled with this issue a lot more prominently than he has before. Channels like Donbass Insider and Bellum Acta, as reported by Foreign Policy, started pumping out pro-Russian propaganda as the invasion began. So much so that the Ukrainian National Security and Defense Council issued a statement labeling which accounts are Russian-backed. Ukrainian officials, in potential violation of the Geneva Convention, have shared imagery of dead and captured Russian soldiers on the platform.
from kr


Telegram Дочь Достоевского | Елена Тимохина
FROM American