Telegram Group & Telegram Channel
Forwarded from #Шалимовправ
99 лет писателю Виктору Петровичу Астафьеву

Я учился в школе в Красноярске в 90-е, местного писателя внедряли, как картофель на Руси, практически насильно. У Виктора Петровича сложный язык: многословные предложения, иногда до страницы длиной, нелинейные синтаксические конструкции, деревенская лексика и фразеология. Школьнику пробираться через его язык – это как на велосипеде по брусчатке ехать. Из зубодробительных предложений ничего не запоминаешь, приходится возвращаться к началу, перелистывать целые страницы, чтобы врубиться, к чему он это писал. Это касается и «Васюткина озера», которое в обязательном порядке включили в школьную программу и кусков из рассказов о сибирской природе, которыми нас тоже пичкали.

Астафьева было много на местном телевидении, к нему в село Овсянка под Красноярском приезжал Борис Ельцин в 1996 году. После смерти писателя в 2001 году там сделали музей, на трассе Красноярск-Дивногорск на видовке в сторону Овсянки установили монумент «Царь-рыба». В Красноярске назвали его именем педагогический университет и литературный музей. И это создало вокруг него ауру обласканного государством человека, через которую я долгое время не мог пробраться. Мой деда Толя-коммунист всегда плевался при его упоминаниях.

В марте 2021 года (после неспокойной зимы и всем памятных митингов) я неожиданно сказал утром одного из выходных жене и детям, что мы сейчас поедем в Овсянку. В голове что-то замкнуло, я решил проверить, верно ли. Мы приехали в дом-музей, прогулялись до библиотеки, покидали камушки в Енисей на берегу напротив этих мест.

Только в 36 лет я понял, кто такой Астафьев. Раскулачивание семьи, репрессии, потеря родителей, сиротство и детский дом, обучение в фазанке и разгрузка замерших трупов с войны с жд-платформы на станции Базаиха, решение уйти добровольцем, отвратительность и грязь побоища, долгое и мучительное возвращение в Сибирь, поиск себя в литературе как деревенщика-фронтовика, мощное антикоммунистическое и антитоталитарное высказывание в конце жизни.

В течение месяца после той поездки я прочитал его роман «Прокляты и убиты», и все сложилось в голове. Именно это произведение особо важно, его нельзя насильно навязывать. Это одна из книг, которая делает русских свободными, окончательно разрывает путы, связывающие и закрепощающие нас веками. Она невозможно правдива и точна, она жестока и в этой бескомпромиссности красива. Сложный язык Астафьева в ней органичен действию, бесконечные флэшбеки и повторы уместны, потому что они тебя прошивают всем ужасом происходящего и не отпускают до финала. Она настолько жизненна, что ты даже не понимаешь, а вообще возможно ли такое в литературе.

Через год в Красноярске будут праздновать столетний юбилей В.П. Астафьева. В Овсянке построят Астафьевский центр, на могиле подновят памятник, на доме в Академгородке прикрутят табличку поувесистее, проведут памятные мероприятия, на которых будет выступать молодой губернатор и почетные гости. Региональные чиновники снова опубликуют миленькие постики с книжками воспоминаний или деревенских рассказов в руках, проведут конкурсы детских рисунков и сочинений по новеллам Виктора Петровича о природе, все остальные его упоминания из школьной программы уже изъяли. И никто слова не скажет про главный роман, я уверен, потому что те, кто его прочитал и понял, никогда не поверят в пропаганду, никогда не поведутся на ложь, тех будет тошнить от фальши и искусственности юбилейного бюрократического и фарисейского акционизма. Ну, а если по «Прокляты и убиты» сегодня делать конкурс рисунков или сочинений, то все плохо закончится и для организаторов, и для участников, к гадалке не ходи.



group-telegram.com/moscow_laundry/12923
Create:
Last Update:

99 лет писателю Виктору Петровичу Астафьеву

Я учился в школе в Красноярске в 90-е, местного писателя внедряли, как картофель на Руси, практически насильно. У Виктора Петровича сложный язык: многословные предложения, иногда до страницы длиной, нелинейные синтаксические конструкции, деревенская лексика и фразеология. Школьнику пробираться через его язык – это как на велосипеде по брусчатке ехать. Из зубодробительных предложений ничего не запоминаешь, приходится возвращаться к началу, перелистывать целые страницы, чтобы врубиться, к чему он это писал. Это касается и «Васюткина озера», которое в обязательном порядке включили в школьную программу и кусков из рассказов о сибирской природе, которыми нас тоже пичкали.

Астафьева было много на местном телевидении, к нему в село Овсянка под Красноярском приезжал Борис Ельцин в 1996 году. После смерти писателя в 2001 году там сделали музей, на трассе Красноярск-Дивногорск на видовке в сторону Овсянки установили монумент «Царь-рыба». В Красноярске назвали его именем педагогический университет и литературный музей. И это создало вокруг него ауру обласканного государством человека, через которую я долгое время не мог пробраться. Мой деда Толя-коммунист всегда плевался при его упоминаниях.

В марте 2021 года (после неспокойной зимы и всем памятных митингов) я неожиданно сказал утром одного из выходных жене и детям, что мы сейчас поедем в Овсянку. В голове что-то замкнуло, я решил проверить, верно ли. Мы приехали в дом-музей, прогулялись до библиотеки, покидали камушки в Енисей на берегу напротив этих мест.

Только в 36 лет я понял, кто такой Астафьев. Раскулачивание семьи, репрессии, потеря родителей, сиротство и детский дом, обучение в фазанке и разгрузка замерших трупов с войны с жд-платформы на станции Базаиха, решение уйти добровольцем, отвратительность и грязь побоища, долгое и мучительное возвращение в Сибирь, поиск себя в литературе как деревенщика-фронтовика, мощное антикоммунистическое и антитоталитарное высказывание в конце жизни.

В течение месяца после той поездки я прочитал его роман «Прокляты и убиты», и все сложилось в голове. Именно это произведение особо важно, его нельзя насильно навязывать. Это одна из книг, которая делает русских свободными, окончательно разрывает путы, связывающие и закрепощающие нас веками. Она невозможно правдива и точна, она жестока и в этой бескомпромиссности красива. Сложный язык Астафьева в ней органичен действию, бесконечные флэшбеки и повторы уместны, потому что они тебя прошивают всем ужасом происходящего и не отпускают до финала. Она настолько жизненна, что ты даже не понимаешь, а вообще возможно ли такое в литературе.

Через год в Красноярске будут праздновать столетний юбилей В.П. Астафьева. В Овсянке построят Астафьевский центр, на могиле подновят памятник, на доме в Академгородке прикрутят табличку поувесистее, проведут памятные мероприятия, на которых будет выступать молодой губернатор и почетные гости. Региональные чиновники снова опубликуют миленькие постики с книжками воспоминаний или деревенских рассказов в руках, проведут конкурсы детских рисунков и сочинений по новеллам Виктора Петровича о природе, все остальные его упоминания из школьной программы уже изъяли. И никто слова не скажет про главный роман, я уверен, потому что те, кто его прочитал и понял, никогда не поверят в пропаганду, никогда не поведутся на ложь, тех будет тошнить от фальши и искусственности юбилейного бюрократического и фарисейского акционизма. Ну, а если по «Прокляты и убиты» сегодня делать конкурс рисунков или сочинений, то все плохо закончится и для организаторов, и для участников, к гадалке не ходи.

BY Московская прачечная


Warning: Undefined variable $i in /var/www/group-telegram/post.php on line 260

Share with your friend now:
group-telegram.com/moscow_laundry/12923

View MORE
Open in Telegram


Telegram | DID YOU KNOW?

Date: |

Pavel Durov, a billionaire who embraces an all-black wardrobe and is often compared to the character Neo from "the Matrix," funds Telegram through his personal wealth and debt financing. And despite being one of the world's most popular tech companies, Telegram reportedly has only about 30 employees who defer to Durov for most major decisions about the platform. "There are a lot of things that Telegram could have been doing this whole time. And they know exactly what they are and they've chosen not to do them. That's why I don't trust them," she said. Markets continued to grapple with the economic and corporate earnings implications relating to the Russia-Ukraine conflict. “We have a ton of uncertainty right now,” said Stephanie Link, chief investment strategist and portfolio manager at Hightower Advisors. “We’re dealing with a war, we’re dealing with inflation. We don’t know what it means to earnings.” As a result, the pandemic saw many newcomers to Telegram, including prominent anti-vaccine activists who used the app's hands-off approach to share false information on shots, a study from the Institute for Strategic Dialogue shows. The perpetrators use various names to carry out the investment scams. They may also impersonate or clone licensed capital market intermediaries by using the names, logos, credentials, websites and other details of the legitimate entities to promote the illegal schemes.
from ru


Telegram Московская прачечная
FROM American