Утопическое мышление принципиально исключает индивидуальное измерение человеческого существования, фокусируясь на системах управления, административных механизмах и моделях социального взаимодействия. В этом контексте постaлгоритмическая реальность, предлагая технологические решения социальных проблем и автоматизацию труда, одновременно проблематизирует традиционные антропологические константы. Возникает фундаментальный вопрос: является ли постaлгоритмическая парадигма инструментом эмансипации от антропоцентрических ограничений или, напротив, несет риски редукции человеческого субъекта до периферийного элемента коммуникативных систем? Какие трансформации претерпевают этические императивы, телесные модальности, эпистемологические, эстетические и повседневные практики в условиях постцифровой реальности? Каковы онтологические характеристики постaлгоритмического мира?
Обо всем этом и многом другом пойдет речь на презентации и дискуссии, приуроченной к выходу номера «Логоса»
которая пройдет в ближайший четверг, 13 февраля, в 19.00 в санкт-петербургском книжном магазине «Все свободны» (Некрасова, 23).
Участники: Валерий Анашвили (главный редактор журнала «Логос»), Константин Очеретяный и Александр Погребняк (редакторы-составители номера), Иван Микиртумов, Дмитрий Панченко, Евгений Малышкин, Полина Колозариди, Гавриил Беляк, Александр Ленкевич, Алина Латыпова, Дарья Чирва, Антон Сюткин, Артем Серебряков.
Утопическое мышление принципиально исключает индивидуальное измерение человеческого существования, фокусируясь на системах управления, административных механизмах и моделях социального взаимодействия. В этом контексте постaлгоритмическая реальность, предлагая технологические решения социальных проблем и автоматизацию труда, одновременно проблематизирует традиционные антропологические константы. Возникает фундаментальный вопрос: является ли постaлгоритмическая парадигма инструментом эмансипации от антропоцентрических ограничений или, напротив, несет риски редукции человеческого субъекта до периферийного элемента коммуникативных систем? Какие трансформации претерпевают этические императивы, телесные модальности, эпистемологические, эстетические и повседневные практики в условиях постцифровой реальности? Каковы онтологические характеристики постaлгоритмического мира?
Обо всем этом и многом другом пойдет речь на презентации и дискуссии, приуроченной к выходу номера «Логоса»
которая пройдет в ближайший четверг, 13 февраля, в 19.00 в санкт-петербургском книжном магазине «Все свободны» (Некрасова, 23).
Участники: Валерий Анашвили (главный редактор журнала «Логос»), Константин Очеретяный и Александр Погребняк (редакторы-составители номера), Иван Микиртумов, Дмитрий Панченко, Евгений Малышкин, Полина Колозариди, Гавриил Беляк, Александр Ленкевич, Алина Латыпова, Дарья Чирва, Антон Сюткин, Артем Серебряков.
"The result is on this photo: fiery 'greetings' to the invaders," the Security Service of Ukraine wrote alongside a photo showing several military vehicles among plumes of black smoke. In February 2014, the Ukrainian people ousted pro-Russian president Viktor Yanukovych, prompting Russia to invade and annex the Crimean peninsula. By the start of April, Pavel Durov had given his notice, with TechCrunch saying at the time that the CEO had resisted pressure to suppress pages criticizing the Russian government. Groups are also not fully encrypted, end-to-end. This includes private groups. Private groups cannot be seen by other Telegram users, but Telegram itself can see the groups and all of the communications that you have in them. All of the same risks and warnings about channels can be applied to groups. But Telegram says people want to keep their chat history when they get a new phone, and they like having a data backup that will sync their chats across multiple devices. And that is why they let people choose whether they want their messages to be encrypted or not. When not turned on, though, chats are stored on Telegram's services, which are scattered throughout the world. But it has "disclosed 0 bytes of user data to third parties, including governments," Telegram states on its website. The original Telegram channel has expanded into a web of accounts for different locations, including specific pages made for individual Russian cities. There's also an English-language website, which states it is owned by the people who run the Telegram channels.
from sg