Мысль о том что в России не существует городского сословия европейского типа легко поставить под сомнение.
Она во всяком случае входит в видимое противоречие с наличием заметного пласта вестернизированной молодёжи, сознательно выстраивающей собственную жизнь по европейским лекалам и крайне восприимчивой к актуальным западным трендам от эко-повестки до феминизма.
Дело однако в том что такая молодёжь и не является классическим бюргерством, причём не только в России но и непосредственно на Западе. Это новый, не существовавший во времена модерна класс, который с некоторой долей неточности можно назвать прекариатом, или цифровыми номадами по Жаку Аттали.
Ключевое отличие, из которого вытекают все прочие, кочевников-прекариев от горожан старого образца состоит в отсутствии у первых сознания потомственных собственников, часто вкупе с отсутствием самой собственности. Это различие куда сильнее чем кажется на первый взгляд, два этих класса не просто не идентичны но и находятся в перманентном ценностном конфликте, из которого не в полной мере проистекают но на который часто удачно накладываются истории из разряда metoo и BLM: в этом ряду стоит россматривать и пассивно-оппозиционную политическую позицию российской прозападной молодёжи.
К вопросу же о собственности мы ещё вернёмся т.к. он здесь крайне значим.
Мысль о том что в России не существует городского сословия европейского типа легко поставить под сомнение.
Она во всяком случае входит в видимое противоречие с наличием заметного пласта вестернизированной молодёжи, сознательно выстраивающей собственную жизнь по европейским лекалам и крайне восприимчивой к актуальным западным трендам от эко-повестки до феминизма.
Дело однако в том что такая молодёжь и не является классическим бюргерством, причём не только в России но и непосредственно на Западе. Это новый, не существовавший во времена модерна класс, который с некоторой долей неточности можно назвать прекариатом, или цифровыми номадами по Жаку Аттали.
Ключевое отличие, из которого вытекают все прочие, кочевников-прекариев от горожан старого образца состоит в отсутствии у первых сознания потомственных собственников, часто вкупе с отсутствием самой собственности. Это различие куда сильнее чем кажется на первый взгляд, два этих класса не просто не идентичны но и находятся в перманентном ценностном конфликте, из которого не в полной мере проистекают но на который часто удачно накладываются истории из разряда metoo и BLM: в этом ряду стоит россматривать и пассивно-оппозиционную политическую позицию российской прозападной молодёжи.
К вопросу же о собственности мы ещё вернёмся т.к. он здесь крайне значим.
BY Ακαδημία
Warning: Undefined variable $i in /var/www/group-telegram/post.php on line 260
"Markets were cheering this economic recovery and return to strong economic growth, but the cheers will turn to tears if the inflation outbreak pushes businesses and consumers to the brink of recession," he added. Telegram was founded in 2013 by two Russian brothers, Nikolai and Pavel Durov. Overall, extreme levels of fear in the market seems to have morphed into something more resembling concern. For example, the Cboe Volatility Index fell from its 2022 peak of 36, which it hit Monday, to around 30 on Friday, a sign of easing tensions. Meanwhile, while the price of WTI crude oil slipped from Sunday’s multiyear high $130 of barrel to $109 a pop. Markets have been expecting heavy restrictions on Russian oil, some of which the U.S. has already imposed, and that would reduce the global supply and bring about even more burdensome inflation. "Your messages about the movement of the enemy through the official chatbot … bring new trophies every day," the government agency tweeted. The news also helped traders look past another report showing decades-high inflation and shake off some of the volatility from recent sessions. The Bureau of Labor Statistics' February Consumer Price Index (CPI) this week showed another surge in prices even before Russia escalated its attacks in Ukraine. The headline CPI — soaring 7.9% over last year — underscored the sticky inflationary pressures reverberating across the U.S. economy, with everything from groceries to rents and airline fares getting more expensive for everyday consumers.
from tr