Telegram Group & Telegram Channel
Захоронить 50%.

В комментариях читатели разной степени «зелености» часто критикуют реформу за то, что мало у нас отходов утилизируются, вся реформа крутится вокруг полигонов, а сортировки не дают никакого результата. Как лечение предлагается раздельный сбор, плазменная газификация и много чего еще.

Ну а действительно, не пора ли переосмыслить реформу? Можно ли снизить захоронение на 50% и как это сделать?

Первое, что отмечу – без полигонов, все-таки, никак нельзя. И нормальные полигоны – это первое, что надо делать, потому что если их нет, все остальные проблемы просто отходят на второй план.

Раздельный сбор – это отлично, я очень за. Но он не работает без сортировки, а его потенциал в России пока не велик, на его «раскачивание» потребуется много времени и сил.

Что касается сортировок, то их потенциал по извлечению вторичных ресурсов ограничен 15 – 20% (больше только при активном раздельном сборе и высокой автоматизации). Это никак не 50%. При этом практикующие эксперты из-за рубежа вам скажут, что основной эффект сортировки заключается не в отборе ВМР, а в выделении сырья для компостирования и производства топлива. Именно компост и RDF дают основной объем утилизации.

При этом, хотя пищевки в отходах до 40%, выделить ее из отходов сложно, компост из ТКО сильно загрязнен, его надо просеивать и извлекать из него остатки пластика, стекла и пр. Как итог – процентов 30% сырья для компостирования после производства компоста поедет все-таки на полигон.

Ну а для того, чтобы достичь заветных 50%, никак не обойтись без производства из отходов топлива для цементных заводов (либо, как вариант, пиролиза). Благо, сырья достаточно – это неперерабатываемый пластик, резина, испачканный картон и бумага, дерево, текстиль…

Казалось бы, вот оно, все сходится. Но есть проблема – ни производство компоста, ни производство топлива никак не получается окупить только за счет продажи вторички – грунта и топлива. Необходимо установление тарифов. Благо, что это добавляет к тарифу совсем немного. Если тема тарификации компостирования рано или поздно дойдет до реализации в законодательстве, то с производством топлива все замерло. Тема не обсуждается. А как без этого спланировать инфраструктуру так, чтобы достичь нужного результата? Еще год – другой, и я боюсь, что к 2030 году уже точно никаких заводов по производству топлива построить не успеем



group-telegram.com/grbook/1540
Create:
Last Update:

Захоронить 50%.

В комментариях читатели разной степени «зелености» часто критикуют реформу за то, что мало у нас отходов утилизируются, вся реформа крутится вокруг полигонов, а сортировки не дают никакого результата. Как лечение предлагается раздельный сбор, плазменная газификация и много чего еще.

Ну а действительно, не пора ли переосмыслить реформу? Можно ли снизить захоронение на 50% и как это сделать?

Первое, что отмечу – без полигонов, все-таки, никак нельзя. И нормальные полигоны – это первое, что надо делать, потому что если их нет, все остальные проблемы просто отходят на второй план.

Раздельный сбор – это отлично, я очень за. Но он не работает без сортировки, а его потенциал в России пока не велик, на его «раскачивание» потребуется много времени и сил.

Что касается сортировок, то их потенциал по извлечению вторичных ресурсов ограничен 15 – 20% (больше только при активном раздельном сборе и высокой автоматизации). Это никак не 50%. При этом практикующие эксперты из-за рубежа вам скажут, что основной эффект сортировки заключается не в отборе ВМР, а в выделении сырья для компостирования и производства топлива. Именно компост и RDF дают основной объем утилизации.

При этом, хотя пищевки в отходах до 40%, выделить ее из отходов сложно, компост из ТКО сильно загрязнен, его надо просеивать и извлекать из него остатки пластика, стекла и пр. Как итог – процентов 30% сырья для компостирования после производства компоста поедет все-таки на полигон.

Ну а для того, чтобы достичь заветных 50%, никак не обойтись без производства из отходов топлива для цементных заводов (либо, как вариант, пиролиза). Благо, сырья достаточно – это неперерабатываемый пластик, резина, испачканный картон и бумага, дерево, текстиль…

Казалось бы, вот оно, все сходится. Но есть проблема – ни производство компоста, ни производство топлива никак не получается окупить только за счет продажи вторички – грунта и топлива. Необходимо установление тарифов. Благо, что это добавляет к тарифу совсем немного. Если тема тарификации компостирования рано или поздно дойдет до реализации в законодательстве, то с производством топлива все замерло. Тема не обсуждается. А как без этого спланировать инфраструктуру так, чтобы достичь нужного результата? Еще год – другой, и я боюсь, что к 2030 году уже точно никаких заводов по производству топлива построить не успеем

BY Зеленая книга


Warning: Undefined variable $i in /var/www/group-telegram/post.php on line 260

Share with your friend now:
group-telegram.com/grbook/1540

View MORE
Open in Telegram


Telegram | DID YOU KNOW?

Date: |

"Markets were cheering this economic recovery and return to strong economic growth, but the cheers will turn to tears if the inflation outbreak pushes businesses and consumers to the brink of recession," he added. Right now the digital security needs of Russians and Ukrainians are very different, and they lead to very different caveats about how to mitigate the risks associated with using Telegram. For Ukrainians in Ukraine, whose physical safety is at risk because they are in a war zone, digital security is probably not their highest priority. They may value access to news and communication with their loved ones over making sure that all of their communications are encrypted in such a manner that they are indecipherable to Telegram, its employees, or governments with court orders. Such instructions could actually endanger people — citizens receive air strike warnings via smartphone alerts. Ukrainian forces have since put up a strong resistance to the Russian troops amid the war that has left hundreds of Ukrainian civilians, including children, dead, according to the United Nations. Ukrainian and international officials have accused Russia of targeting civilian populations with shelling and bombardments. Since its launch in 2013, Telegram has grown from a simple messaging app to a broadcast network. Its user base isn’t as vast as WhatsApp’s, and its broadcast platform is a fraction the size of Twitter, but it’s nonetheless showing its use. While Telegram has been embroiled in controversy for much of its life, it has become a vital source of communication during the invasion of Ukraine. But, if all of this is new to you, let us explain, dear friends, what on Earth a Telegram is meant to be, and why you should, or should not, need to care.
from vn


Telegram Зеленая книга
FROM American