Работаем возле одного населённого пункта. Знаем, что тут полно бывших вояк ВСУ. Причём, не таких, что раньше служили, нет. В основном, те, что при наступлении Российской армии просто бросили оружие и ушли по домам.
Их никто не кошмарит, и они себя никак не проявляют. Но…. в телеграмме вышел я на несколько интересных чатов/каналов. Риторика там проукраинская.
Есть 3 вида контента:
-общеукраинские новости а-ля «скоро будэ пэрэмога», оккупанты то, орки се;
-обсуждение бытовых вопросов - купи/продай, документы и справки;
-ищут информаторов и призывают наказывать тех, кто выступает за Россию.
Есть там форма обратной связи. Я долго думал и сказал кому надо об обнаруженной деятельности. Меня с удивлением выслушали, особенно ту часть, где я объяснял, как выманить админа и с помощью специального сервиса узнать его IP-адрес. Также предложил скормить дезу и проверить, как оппоненты ее реализуют.
В итоге мне сказали «спасибо» и…все. Ничего. Надеюсь, что там👆ждут референдума и после уже начнём работать. Надеюсь🦇
Работаем возле одного населённого пункта. Знаем, что тут полно бывших вояк ВСУ. Причём, не таких, что раньше служили, нет. В основном, те, что при наступлении Российской армии просто бросили оружие и ушли по домам.
Их никто не кошмарит, и они себя никак не проявляют. Но…. в телеграмме вышел я на несколько интересных чатов/каналов. Риторика там проукраинская.
Есть 3 вида контента:
-общеукраинские новости а-ля «скоро будэ пэрэмога», оккупанты то, орки се;
-обсуждение бытовых вопросов - купи/продай, документы и справки;
-ищут информаторов и призывают наказывать тех, кто выступает за Россию.
Есть там форма обратной связи. Я долго думал и сказал кому надо об обнаруженной деятельности. Меня с удивлением выслушали, особенно ту часть, где я объяснял, как выманить админа и с помощью специального сервиса узнать его IP-адрес. Также предложил скормить дезу и проверить, как оппоненты ее реализуют.
В итоге мне сказали «спасибо» и…все. Ничего. Надеюсь, что там👆ждут референдума и после уже начнём работать. Надеюсь🦇
At this point, however, Durov had already been working on Telegram with his brother, and further planned a mobile-first social network with an explicit focus on anti-censorship. Later in April, he told TechCrunch that he had left Russia and had “no plans to go back,” saying that the nation was currently “incompatible with internet business at the moment.” He added later that he was looking for a country that matched his libertarian ideals to base his next startup. Now safely in France with his spouse and three of his children, Kliuchnikov scrolls through Telegram to learn about the devastation happening in his home country. Given the pro-privacy stance of the platform, it’s taken as a given that it’ll be used for a number of reasons, not all of them good. And Telegram has been attached to a fair few scandals related to terrorism, sexual exploitation and crime. Back in 2015, Vox described Telegram as “ISIS’ app of choice,” saying that the platform’s real use is the ability to use channels to distribute material to large groups at once. Telegram has acted to remove public channels affiliated with terrorism, but Pavel Durov reiterated that he had no business snooping on private conversations. In 2014, Pavel Durov fled the country after allies of the Kremlin took control of the social networking site most know just as VK. Russia's intelligence agency had asked Durov to turn over the data of anti-Kremlin protesters. Durov refused to do so. Pavel Durov, Telegram's CEO, is known as "the Russian Mark Zuckerberg," for co-founding VKontakte, which is Russian for "in touch," a Facebook imitator that became the country's most popular social networking site.
from vn