Telegram Group & Telegram Channel
Где Я?

Популярный сюжет литературы эпохи романтизма — потеря зеркального отражения. Злые силы обманом лишают человека возможности видеть себя в зеркале, а затем преследующий двойник, воплощающий, как правило, «тёмную сторону» личности, сводит героя с ума. В этом распаде обнажается сама суть устройства Я как психической инстанции, которая всегда опирается на Другого.

Всем известны искажающие свойства зеркал, но в большинстве случаев мы всё-таки узнаём в отражении себя, упуская из виду это несоответствие. Мы также видим себя на фото и видео и можем непосредственно наблюдать за движениями своего тела. Пребывая таким образом в иллюзии, что Я тождественно телу, глубинно мы всё же ощущаем существующий между ними зазор. На этом основаны многие баталии с внешностью, о них можно почитать тут. Но если Я не равняется телу, то где же оно, в конце концов?

Попытаемся отыскать исчезнувшее вместе с героиней фильма «Спасение» Тодда Хейнса. Джулианна Мур играет типичную домохозяйку Кэрол, чья жизнь до краёв заполнена важными делами: аэробика, встречи с подругами, выбор новых предметов интерьера. И вот однажды её настигает странная болезнь — женщина начинает задыхаться, покрывается сыпью и больше не может игнорировать собственное существование. Она буквально появляется в виде болезни.

Внутренняя катастрофа обретает статус физической проблемы, и Кэрол начинает бесконечные хождения по мукам по врачам, которые, конечно, ничего не обнаруживают. Или находят аллергию на молоко — то единственное, что приносит женщине удовольствие, — но не знают, как её вылечить. А вот люди, открывшие «аллергию на XX век», утверждают, что симптомы героини — это сверхчувствительность к выхлопным газам. Чтобы восстановиться, нужно отправиться на детокс в их «чистое пространство», где мудрый гуру предложит всепрощение как средство от всех болезней.

Такая терапия заранее обречена на провал, поскольку героиня пытается избавить себя от себя самой, вывести проблему как пятно от красного вина с белой скатерти. Её состояние неприемлемо для хорошо обставленных квартир, дежурных посиделок в ресторане и семейных праздников, потому и записывается в разряд патологий. Среди богатых и успешных нет места грусти, унынию, усталости, слово «суицид» держится под строгим запретом, а вместо «психиатр» говорят «специалист по стрессам». Лекарства призваны вернуть Кэрол к «нормальной жизни», отсечь те неудобства, что связаны с её особенностями. Все силы ближайшего окружения бросаются на то, чтобы устранить поломку, в то время как героиня бессознательно упорствует в своём праве не вписываться в общий ряд.

Кэрол отдаляется от старых знакомых, но не находит своих и среди таких же страдающих. Универсальные рецепты счастья не работают, как бы ни пытались другие убедить нас в том, что они прошли тот же путь и знают, где выход. Героиня Мур выполняет все предписания наставников, пытаясь действовать по шаблону, но ей становится только хуже. В конце концов, она запирает себя как в сейфе (ориг. название [safe]) или в гробу в фарфоровом домике. Глядя невидящим взором в зеркало, она обращается к отражению с заученной мантрой про любовь к себе, в которую не верит ни на грамм.

С каждым днём Кэрол всё ближе к состоянию одного из товарищей по несчастью, который боится есть и дышать. На занятиях она отказывается держать речь, и за весь фильм мы так ничего и не узнаем о её прошлом. В этой пустоте и теряется Я героини, отсутствие личной истории не даёт возможности обрести идентичность. Режиссёр оставляет только один намёк — жёлтые цветы в саду Кэрол, похоже, напоминают ей о цвете стен в её детской комнате.

В подобных воспоминаниях, ассоциациях, фантазиях и рождается то, что ощущается нами как Я, постоянно пересобираемая с помощью слов, обращённых к Другому, конструкция. Мы рассказываем кому-то о событиях своей жизни, чтобы появиться не только для собеседника, но и для самого себя. Конечно, не в любом диалоге получится это сделать, ведь зачастую за место говорящего разворачивается настоящая битва. Как в «Бойцовском клубе»: люди больше всего «ждут своей очереди заговорить». Своей очереди появиться.



group-telegram.com/magic_cave/322
Create:
Last Update:

Где Я?

Популярный сюжет литературы эпохи романтизма — потеря зеркального отражения. Злые силы обманом лишают человека возможности видеть себя в зеркале, а затем преследующий двойник, воплощающий, как правило, «тёмную сторону» личности, сводит героя с ума. В этом распаде обнажается сама суть устройства Я как психической инстанции, которая всегда опирается на Другого.

Всем известны искажающие свойства зеркал, но в большинстве случаев мы всё-таки узнаём в отражении себя, упуская из виду это несоответствие. Мы также видим себя на фото и видео и можем непосредственно наблюдать за движениями своего тела. Пребывая таким образом в иллюзии, что Я тождественно телу, глубинно мы всё же ощущаем существующий между ними зазор. На этом основаны многие баталии с внешностью, о них можно почитать тут. Но если Я не равняется телу, то где же оно, в конце концов?

Попытаемся отыскать исчезнувшее вместе с героиней фильма «Спасение» Тодда Хейнса. Джулианна Мур играет типичную домохозяйку Кэрол, чья жизнь до краёв заполнена важными делами: аэробика, встречи с подругами, выбор новых предметов интерьера. И вот однажды её настигает странная болезнь — женщина начинает задыхаться, покрывается сыпью и больше не может игнорировать собственное существование. Она буквально появляется в виде болезни.

Внутренняя катастрофа обретает статус физической проблемы, и Кэрол начинает бесконечные хождения по мукам по врачам, которые, конечно, ничего не обнаруживают. Или находят аллергию на молоко — то единственное, что приносит женщине удовольствие, — но не знают, как её вылечить. А вот люди, открывшие «аллергию на XX век», утверждают, что симптомы героини — это сверхчувствительность к выхлопным газам. Чтобы восстановиться, нужно отправиться на детокс в их «чистое пространство», где мудрый гуру предложит всепрощение как средство от всех болезней.

Такая терапия заранее обречена на провал, поскольку героиня пытается избавить себя от себя самой, вывести проблему как пятно от красного вина с белой скатерти. Её состояние неприемлемо для хорошо обставленных квартир, дежурных посиделок в ресторане и семейных праздников, потому и записывается в разряд патологий. Среди богатых и успешных нет места грусти, унынию, усталости, слово «суицид» держится под строгим запретом, а вместо «психиатр» говорят «специалист по стрессам». Лекарства призваны вернуть Кэрол к «нормальной жизни», отсечь те неудобства, что связаны с её особенностями. Все силы ближайшего окружения бросаются на то, чтобы устранить поломку, в то время как героиня бессознательно упорствует в своём праве не вписываться в общий ряд.

Кэрол отдаляется от старых знакомых, но не находит своих и среди таких же страдающих. Универсальные рецепты счастья не работают, как бы ни пытались другие убедить нас в том, что они прошли тот же путь и знают, где выход. Героиня Мур выполняет все предписания наставников, пытаясь действовать по шаблону, но ей становится только хуже. В конце концов, она запирает себя как в сейфе (ориг. название [safe]) или в гробу в фарфоровом домике. Глядя невидящим взором в зеркало, она обращается к отражению с заученной мантрой про любовь к себе, в которую не верит ни на грамм.

С каждым днём Кэрол всё ближе к состоянию одного из товарищей по несчастью, который боится есть и дышать. На занятиях она отказывается держать речь, и за весь фильм мы так ничего и не узнаем о её прошлом. В этой пустоте и теряется Я героини, отсутствие личной истории не даёт возможности обрести идентичность. Режиссёр оставляет только один намёк — жёлтые цветы в саду Кэрол, похоже, напоминают ей о цвете стен в её детской комнате.

В подобных воспоминаниях, ассоциациях, фантазиях и рождается то, что ощущается нами как Я, постоянно пересобираемая с помощью слов, обращённых к Другому, конструкция. Мы рассказываем кому-то о событиях своей жизни, чтобы появиться не только для собеседника, но и для самого себя. Конечно, не в любом диалоге получится это сделать, ведь зачастую за место говорящего разворачивается настоящая битва. Как в «Бойцовском клубе»: люди больше всего «ждут своей очереди заговорить». Своей очереди появиться.

BY Magic cave













Share with your friend now:
group-telegram.com/magic_cave/322

View MORE
Open in Telegram


Telegram | DID YOU KNOW?

Date: |

Crude oil prices edged higher after tumbling on Thursday, when U.S. West Texas intermediate slid back below $110 per barrel after topping as much as $130 a barrel in recent sessions. Still, gas prices at the pump rose to fresh highs. Also in the latest update is the ability for users to create a unique @username from the Settings page, providing others with an easy way to contact them via Search or their t.me/username link without sharing their phone number. The channel appears to be part of the broader information war that has developed following Russia's invasion of Ukraine. The Kremlin has paid Russian TikTok influencers to push propaganda, according to a Vice News investigation, while ProPublica found that fake Russian fact check videos had been viewed over a million times on Telegram. Overall, extreme levels of fear in the market seems to have morphed into something more resembling concern. For example, the Cboe Volatility Index fell from its 2022 peak of 36, which it hit Monday, to around 30 on Friday, a sign of easing tensions. Meanwhile, while the price of WTI crude oil slipped from Sunday’s multiyear high $130 of barrel to $109 a pop. Markets have been expecting heavy restrictions on Russian oil, some of which the U.S. has already imposed, and that would reduce the global supply and bring about even more burdensome inflation. "The result is on this photo: fiery 'greetings' to the invaders," the Security Service of Ukraine wrote alongside a photo showing several military vehicles among plumes of black smoke.
from us


Telegram Magic cave
FROM American