Только мы обрадуемся, что на Сахалине начинает улучшаться экологическая обстановка, как вновь что-то случится. После начала сезона угольного отопления в областном центре испортилось качество воздуха.
К такому выводу пришли специалисты сервиса CityAir. Согласно данным, индекс качества воздуха в Южно-Сахалинске оценивается в восемь баллов. Масла в огонь добавила и непогода в островном регионе. Из-за нее наблюдается первая степень опасности для накопления загрязняющий веществ. Островитянам посоветовали оставаться дома и закрыть окна.
В региональном министерстве экологии пояснили, что при слабом ветре примеси не рассеиваются. Они накапливаются в атмосфере и из-за этого местным жителям трудно дышать.
В целом, это нормальная ситуация для осенне-зимнего периода. Однако, с этой проблемой что-то необходимо делать. Ведь в загрязнении воздуха, которым дышат островитяне, нет ничего хорошего.
Только мы обрадуемся, что на Сахалине начинает улучшаться экологическая обстановка, как вновь что-то случится. После начала сезона угольного отопления в областном центре испортилось качество воздуха.
К такому выводу пришли специалисты сервиса CityAir. Согласно данным, индекс качества воздуха в Южно-Сахалинске оценивается в восемь баллов. Масла в огонь добавила и непогода в островном регионе. Из-за нее наблюдается первая степень опасности для накопления загрязняющий веществ. Островитянам посоветовали оставаться дома и закрыть окна.
В региональном министерстве экологии пояснили, что при слабом ветре примеси не рассеиваются. Они накапливаются в атмосфере и из-за этого местным жителям трудно дышать.
В целом, это нормальная ситуация для осенне-зимнего периода. Однако, с этой проблемой что-то необходимо делать. Ведь в загрязнении воздуха, которым дышат островитяне, нет ничего хорошего.
Such instructions could actually endanger people — citizens receive air strike warnings via smartphone alerts. The company maintains that it cannot act against individual or group chats, which are “private amongst their participants,” but it will respond to requests in relation to sticker sets, channels and bots which are publicly available. During the invasion of Ukraine, Pavel Durov has wrestled with this issue a lot more prominently than he has before. Channels like Donbass Insider and Bellum Acta, as reported by Foreign Policy, started pumping out pro-Russian propaganda as the invasion began. So much so that the Ukrainian National Security and Defense Council issued a statement labeling which accounts are Russian-backed. Ukrainian officials, in potential violation of the Geneva Convention, have shared imagery of dead and captured Russian soldiers on the platform. And while money initially moved into stocks in the morning, capital moved out of safe-haven assets. The price of the 10-year Treasury note fell Friday, sending its yield up to 2% from a March closing low of 1.73%. On December 23rd, 2020, Pavel Durov posted to his channel that the company would need to start generating revenue. In early 2021, he added that any advertising on the platform would not use user data for targeting, and that it would be focused on “large one-to-many channels.” He pledged that ads would be “non-intrusive” and that most users would simply not notice any change. Since its launch in 2013, Telegram has grown from a simple messaging app to a broadcast network. Its user base isn’t as vast as WhatsApp’s, and its broadcast platform is a fraction the size of Twitter, but it’s nonetheless showing its use. While Telegram has been embroiled in controversy for much of its life, it has become a vital source of communication during the invasion of Ukraine. But, if all of this is new to you, let us explain, dear friends, what on Earth a Telegram is meant to be, and why you should, or should not, need to care.
from us