Telegram Group & Telegram Channel
Посмотрел фильм Бориса Хлебникова «Снегирь» и остался в смятении.

Не подумайте, это хорошо сделанный фильм — как торт в «Азбуке вкуса». Стоит выше среднего, но, один раз переплатив, к тортам в других местах сформируется если не отторжение, то пренебрежение. Для Хлебникова это большой шаг вперед, настоящий русский арт-блокбастер. Фильм-катастрофа, в котором собирательную роль Дуэйна Джонсона исполнил дуэт Александра Робака и Тимофея Трибунцева.

В основе сценария роман Георгия Владимова «Три минуты молчания» 1969 года. Редкий случай, когда от первоисточника только рожки да ножки, а название «Снегирь» не имеет смысла. В действительности три минуты молчания — период, когда радисты в море замолкают, чтобы распознать сигнал SOS. В фильме «Снегирь» — повод для иронии героя Макара Хлебникова. «Это наш снегирюшка», — ехидно подметит парень.

На поверхности темы, к которым Хлебников и соавтор сценария Наталия Мещанинова подступаются с разных углов. Древнее как мир, но по-прежнему теплое и живое — взрослые и подростки не слушают и не слышат; взрослый прав, а подросток нет (он же дите или, как говорят члены команды «Снегиря», «асисяй»). Корабль — логово патриархов, маленькие джунгли со своими законами и терминологией. О том, что женщина на корабле — это к беде, нас давно научили «Пираты Карибского моря».

В другой вселенной фильм назвали бы «Братством лодки», да только СТВ — не Good Story Media, а на дворе не 90-е — время действия, судя по гаджетам и лексикону, наши дни. «Снегирь» создает эмоциональные качели, что как будто оправдано, но отчасти. Диалоги расшатаны словно сам корабль во время шторма — от топорной прямолинейности до мудреной витиеватости. Места для эмоций и чувств нет («Это тебе что, путешествие?», — недоумевает Трибунцев, когда «асисяй» Хлебникова признается: «Пошел в море по приколу»).

Режиссер не сталкивает разные поколения напрямую. Через призму отцовской фигуры Робака здесь даже есть попытка диалога. Кондовая и неотесанная сродни образу самого капитана — но нам ли судить отца двоих дочерей, который не в состоянии понять, чего хотят его дети. «Они просто выросли», — быстро приходит к выводу 19-летний «асисяй» Макара Хлебникова. Кстати, легко представить, будто перед нами герой сериала «Пингвины моей мамы», на которого обрушилось свинцовое облако сепарации («приехал в Питер, не поступил, пошел в мореходку, давали общагу»).

Если Хлебников и его товарищ Олег Савостюк — «зеленая» молодежь, то Робак, Трибунцев и даже Сытый — типичные «кузьмичи». Соль земли русской, которая пойдет и в огонь, и в воду, и в окоп, если Родина прикажет. На их фоне два «асисяя» — совсем не та «молодая шпана, что сотрет нас с лица земли», а поросль, сорняки, обуза, балласт. Навыков около нуля, под руку попадаются, процессы тормозят, рыбу портят. Никакой диктатуры ментора, исправление возможно только через тиранию праведника — отца, что бьет, но только за дело. Благие намерения ведут в рыболовную сеть, а напускной героизм — к спасению жизней тех, кого раньше называл врагами.

«Снегирь» — правда хорошо сделанный фильм, большой и честный. Кино о корабле «Россия», на разных палубах которого невиданным образом уживается и стар, и млад. Картина о стариках, которые всегда знают как надо, потому гнобят и затыкают собственных детей. Фильм о том, что диалог между поколениями невозможен. Слишком очевиден разрыв связей. Слишком сильно кровоточат раны. Слишком громко кричит жизненный опыт тех, кто заперся в капитанской рубке.



group-telegram.com/textortexel/2389
Create:
Last Update:

Посмотрел фильм Бориса Хлебникова «Снегирь» и остался в смятении.

Не подумайте, это хорошо сделанный фильм — как торт в «Азбуке вкуса». Стоит выше среднего, но, один раз переплатив, к тортам в других местах сформируется если не отторжение, то пренебрежение. Для Хлебникова это большой шаг вперед, настоящий русский арт-блокбастер. Фильм-катастрофа, в котором собирательную роль Дуэйна Джонсона исполнил дуэт Александра Робака и Тимофея Трибунцева.

В основе сценария роман Георгия Владимова «Три минуты молчания» 1969 года. Редкий случай, когда от первоисточника только рожки да ножки, а название «Снегирь» не имеет смысла. В действительности три минуты молчания — период, когда радисты в море замолкают, чтобы распознать сигнал SOS. В фильме «Снегирь» — повод для иронии героя Макара Хлебникова. «Это наш снегирюшка», — ехидно подметит парень.

На поверхности темы, к которым Хлебников и соавтор сценария Наталия Мещанинова подступаются с разных углов. Древнее как мир, но по-прежнему теплое и живое — взрослые и подростки не слушают и не слышат; взрослый прав, а подросток нет (он же дите или, как говорят члены команды «Снегиря», «асисяй»). Корабль — логово патриархов, маленькие джунгли со своими законами и терминологией. О том, что женщина на корабле — это к беде, нас давно научили «Пираты Карибского моря».

В другой вселенной фильм назвали бы «Братством лодки», да только СТВ — не Good Story Media, а на дворе не 90-е — время действия, судя по гаджетам и лексикону, наши дни. «Снегирь» создает эмоциональные качели, что как будто оправдано, но отчасти. Диалоги расшатаны словно сам корабль во время шторма — от топорной прямолинейности до мудреной витиеватости. Места для эмоций и чувств нет («Это тебе что, путешествие?», — недоумевает Трибунцев, когда «асисяй» Хлебникова признается: «Пошел в море по приколу»).

Режиссер не сталкивает разные поколения напрямую. Через призму отцовской фигуры Робака здесь даже есть попытка диалога. Кондовая и неотесанная сродни образу самого капитана — но нам ли судить отца двоих дочерей, который не в состоянии понять, чего хотят его дети. «Они просто выросли», — быстро приходит к выводу 19-летний «асисяй» Макара Хлебникова. Кстати, легко представить, будто перед нами герой сериала «Пингвины моей мамы», на которого обрушилось свинцовое облако сепарации («приехал в Питер, не поступил, пошел в мореходку, давали общагу»).

Если Хлебников и его товарищ Олег Савостюк — «зеленая» молодежь, то Робак, Трибунцев и даже Сытый — типичные «кузьмичи». Соль земли русской, которая пойдет и в огонь, и в воду, и в окоп, если Родина прикажет. На их фоне два «асисяя» — совсем не та «молодая шпана, что сотрет нас с лица земли», а поросль, сорняки, обуза, балласт. Навыков около нуля, под руку попадаются, процессы тормозят, рыбу портят. Никакой диктатуры ментора, исправление возможно только через тиранию праведника — отца, что бьет, но только за дело. Благие намерения ведут в рыболовную сеть, а напускной героизм — к спасению жизней тех, кого раньше называл врагами.

«Снегирь» — правда хорошо сделанный фильм, большой и честный. Кино о корабле «Россия», на разных палубах которого невиданным образом уживается и стар, и млад. Картина о стариках, которые всегда знают как надо, потому гнобят и затыкают собственных детей. Фильм о том, что диалог между поколениями невозможен. Слишком очевиден разрыв связей. Слишком сильно кровоточат раны. Слишком громко кричит жизненный опыт тех, кто заперся в капитанской рубке.

BY Комендант кинокрепости




Share with your friend now:
group-telegram.com/textortexel/2389

View MORE
Open in Telegram


Telegram | DID YOU KNOW?

Date: |

In addition, Telegram now supports the use of third-party streaming tools like OBS Studio and XSplit to broadcast live video, allowing users to add overlays and multi-screen layouts for a more professional look. The SC urges the public to refer to the SC’s I nvestor Alert List before investing. The list contains details of unauthorised websites, investment products, companies and individuals. Members of the public who suspect that they have been approached by unauthorised firms or individuals offering schemes that promise unrealistic returns Artem Kliuchnikov and his family fled Ukraine just days before the Russian invasion. Telegram users are able to send files of any type up to 2GB each and access them from any device, with no limit on cloud storage, which has made downloading files more popular on the platform. The regulator took order for the search and seizure operation from Judge Purushottam B Jadhav, Sebi Special Judge / Additional Sessions Judge.
from us


Telegram Комендант кинокрепости
FROM American